СКОРОСТЬ ОСВОБОЖДЕНИЯ. К 65-летию первого полёта человека в космос

Чтобы вырваться из объятий земного притяжения, покинуть по завету Циолковского колыбель человечества, космическому кораблю надо развить скорость 11,2 км/сек. Только с такой скоростью можно покинуть окрестности Земли и стать в свою очередь пленником Солнечной системы. Вторая космическая скорость для Земли, её ещё называют параболической скоростью, скоростью освобождения, скоростью убегания, была недостижимой для человечества вплоть до 2 января 1959 года.

 

Межпланетные сообщения как идеал и цель жизни

 

Первым, кто точно рассчитал скорость, необходимую для преодоления притяжения Земли, был знаменитый французский писатель-фантаст Жюль Верн. В 1865 году он опубликовал роман «С Земли на Луну». Героев романа в прямом смысле выстреливают из пушки, а в качестве снаряда, внутри которого поместились первые космонавты, используется полый металлический цилиндр, заострённый с одной стороны. Роман Жюля Верна изобилует подробными техническими описаниями и расчётами. В 1869 году вышел в свет ещё один фантастический роман Жюль Верна «Вокруг Луны», где он продолжил свой рассказ о полёте на Луну. В 1901 году уже английский писатель-фантаст Герберт Уэллс издаёт роман на ту же тему «Первые люди на Луне». И в качестве средства для межпланетного путешествия его герои используют капсулу из нового материала, способного экранировать гравитацию.

В это же время сначала в России, в уездном Боровске, а потом в губернской Калуге на ту же тему начинает фантазировать чудаковатый учитель арифметики, геометрии и физики Константин Эдуардович Циолковский. Он увлечённо занимался аэродинамикой, мечтал построить цельнометаллический дирижабль (как потом выяснилось, проект неосуществимый в принципе), в 1900 году даже получил из Петербурга от Академии наук 470 рублей, на которые смог построить аэродинамическую трубу. В 1880—1890-е годы Циолковский опубликовал несколько научно-фантастических текстов. В том числе повести «На Луне» (1887 г.) и «Грёзы о Земле и небе» (1895). В этом плане образцом для подражания, как сам он признавался, для него был Жюль Верн.

Сам Циолковский считал главным делом своей жизни создание утопической космической философии, которая противоречиво соединяла теизм, пантеизм и эзотеризм.

Но почётное звание отца космонавтики он получил за книгу «Исследование мировых пространств реактивными приборами», которая положила начало научной космонавтике. Первая часть книги была опубликована 31 мая 1903 года. В книге Циолковский в качестве средства передвижения в мировом пространстве предложил «реактивный прибор, то есть род ракеты, но ракеты грандиозной и особенным образом устроенной». Новизна этого предложения сегодня оспаривается. Так как реактивный двигатель к тому времени уже не был диковинкой. Отставной капитан русской артиллерии Н.А. Телешов запатентовал 27 августа 1867 года во Французской республике воздушно-реактивный пульсирующий двигатель, который был назван «теплородный духомёт». В 1886 году на реке Сена испытали первую в мире лодку на реактивном двигателе. До Циолковского русские самоучки (Иван Мещерский, Юрий Кондратюк) и учёные ракетчики (Николай Кибальчич) именно ракету рассматривали как средство передвижения в космосе. Ракету толкает сила, выбрасывающая газ из сопла. Именно в этом проявляется закон сохранения импульса. И только такая схема движения и возможна в пространстве космоса.

Но воздушно-реактивные двигатели используют энергию окисления горючего кислородом воздуха, забираемого из атмосферы. А как быть, в безвоздушном пространстве? И здесь Циолковский выступил как безусловный новатор, он впервые предложил использовать на космических ракетах жидкое двухкомпонентное топливо. Один из компонентов является окислителем. Кстати, он признался, что «к серьёзным работам» на тему космонавтики его толкнула вышедшая в 1896 году брошюра русского изобретателя Александра Петровича Фёдорова «Новый принцип воздухоплавания, исключающий атмосферу, как природную среду». Среди истинных научных заслуг Циолковского и вывод о необходимости использования «ракетных поездов» — прототипов многоступенчатых ракет.

В целом же Циолковский – фигура больше мифологическая. К созданию этого мифа приложил немало усилий приложил известный в СССР автор научно-популярного бестселлера «Занимательная физика» Яков Исидорович Перельман. С помощью Перельмана и других пропагандистов идеи покорения космоса Циолковский был «канонизирован Советским государством как великий учёный и мыслитель». При этом и на современном Западе приоритет Циолковского как отца-основателя космонавтики одновременно с Робертом Годдардом (американский учёный, создатель первого жидкостного ракетного двигателя) и Германом Обертом (автор книги «Ракета для межпланетного пространства» вышла в Германии в 1923 году) никем не оспаривается. В 1960-е годы такое определение вынесла Французская ассоциация аэро- и астронавтики.

Для молодых современников Циолковского (он умер 19 сентября 1935 года), для научно-технической творческой молодёжи, юных энтузиастов Советской России учитель из Калуги был знаменем, человеком, раздвинувшим горизонты, позвавших их покорять Вселенную под лозунгом «Вперёд, на Марс!»

После прочтения книги Циолковского «Исследование мировых пространств реактивными приборами» студент Рижского политехнического института Фридрих Цандер стал активным участником Первого Рижского студенческого общества воздухоплавания и техники полёта. А уже работая на Московском моторостроительном заводе № 4 «Мотор», он занялся разработкой теории жидкостного реактивного двигателя и летательного аппарата с ЖРД. В двадцатые годы прошлого века Фридрих Артурович опубликовал целый ряд работ на эту тему, в том числе «Перелёты на другие планеты». Когда в 1931 году в Осоавиахиме было организовано общественное Бюро воздушной техники Фридрих Артурович Цандер вместе с выпускником МВТУ, способным авиаконструктором и опытным планеристом Сергеем Павловичем Королёвым инициировали создание научно-экспериментальной группы изучения реактивного движения. Позднее группу переименовали в МосГИРД — Московскую группу изучения реактивного движения и реактивных двигателей. Сами гирдовцы аббревиатуру расшифровывали так: группа инженеров, работающих даром. После создания московской аналогичные группы были созданы во многих городах страны.

Первую в СССР разработанную в ГИРД под руководством С.П. Королёва по проекту М.К. Тихонравова ракету на гибридном топливе запустили 17 августа 1933 года. В качестве горючего использовали сгущённый бензин (желеобразный раствор канифоли в бензине), а окислителя – жидкий кислород.

Параллельно ещё более значимых успехов добилась Газодинамическая лаборатория (ГДЛ) – первая научно-исследовательская и опытно-конструкторская лаборатория СССР в Ленинграде. Создана она была в Москве в 1921 году в Москве по инициативе изобретателя, инженера, химика Николая Ивановича Тихомирова. До революции с 1894 года Тихомиров занимался проблемой создания ракетных снарядов — «самодвижущихся мин реактивного действия», «проводил опыты с небольшими моделями, перемещавшимися в воде помощью реактивной работы пороховых газов…» После окончания Гражданской войны Тихомиров обратился к руководству Советской России с предложением об использовании его идей для укрепления обороноспособности страны. Решение о создании лаборатории и выделении ей в Москве двухэтажного дома № 3 на Тихвинской улице принял главнокомандующий Вооружёнными Силами Республики С.С. Каменев. В 1927 году лаборатория перебазирована в Ленинград. Именно здесь начал свою карьеру основоположник отечественного ракетного двигателестроения Валентин Петрович Глушко. Ещё будучи школьником, он написал Циолковскому: «…межпланетные сообщения являются моим идеалом и целью моей жизни, которую я хочу посвятить для этого великого дела». В штат ГДЛ он был зачислен в мае 1929 года как недоучившийся студент Ленинградского госуниверситета. Уже после сдачи госэкзаменов студент-пятикурсник Глушко не смог внести плату за обучение и в первом полугодии был отчислен из ЛГУ. Под руководством В.П. Глушко в ГДЛ были созданы и прошли испытания двигатели серии ОРМ («опытный ракетный мотор»). В 1931 году производились опыты, целью которых являлась отработка зажигания. Для управления ракетой на траектории Глушко сконструировал карданную подвеску ЖРД. В 1932 году родилась идея поршневого топливного насоса, приводимого в действие газами, отбираемыми из камеры сгорания. В 1931-1933 г. конструкторы разработали пятьдесят вариантов двигателей — от ОРМ-3 до ОРМ-52. В качестве окислителей использовались жидкий кислород, азотная кислота, растворы азотного тетроксида в азотной кислоте, а в качестве горючего – бензин, бензол, толуол и керосин. В январе 1933 года руководители МосГИРД посетили ГДЛ и признали, что в отношении ЖРД ленинградцы далеко опередили их.

На Западе первые попытки по разработке баллистических ракет, предназначенных для запуска с Земли в околоземное пространство, предприняли в 1927 году немецкие инженеры из Общества межпланетных путешествий, которым руководили будущие создатели «Фау-2» Вернер фон Браун и Вальтер Ридель.

Откликаясь на активность зарубежных учёных и инженеров в области создания ракетной техники, в СССР началась системная работа на эту тему. 31 октября 1933 года Совет труда и обороны СССР вынес решение об организации в составе Наркомата тяжёлого машиностроения Реактивного научно-исследовательского института (РНИИ). За год до этого письмо «Об организации Реактивного института» в Секретариат ЦК ВКП(б) направил замначальника вооружения РККА Н.А. Ефимов. Создание института курировал лично замнаркома по военным и морским делам Михаил Тухачевский. РНИИ объединил лучших ракетчиков страны, два передовых конструкторских коллектива. Начальником нового института был назначен руководитель ленинградской Газодинамической лаборатории (ГДЛ) Иван Терентьевич Клеймёнов, а его заместителем – руководитель московской Группы изучения реактивного движения (ГИРД) Сергей Павлович Королёв. В письме Ефимова среди перспектив применения реактивного двигателя первым пунктом указывалось создание сверхдальнобойной артиллерии для стрельбы на сотни и даже тысячи километров снарядами в несколько тонн. Шестой, последний пункт в перечне перспективных применений читается как цитата из полуфантастических писаний Константина Циолковского: «Ракетные аппараты для полётов в межпланетное пространство».

 

Воспроизведение с применением отечественных материалов ракет типа ФАУ-2

 

К 1935 году в РНИИ работало 580 человек. В начале 1937 года институт был передан сначала в Наркомоборонпром, а затем в Наркомат боеприпасов СССР и получил название НИИ-3, которое сохранял до февраля 1944 года. Успешному труду советских ракетостроителей помешал большой террор 1937-1939 годов. Как «враги народа» были расстреляны директор НИИ-3 И.Т. Клеймёнов и его заместитель Г.Э. Лангемак. А будущие главные конструкторы В.П. Глушко и С.П. Королёв за якобы «вредительскую деятельность» получили по восемь лет лагерей.

После запроса депутата Верховного Совета СССР, Героя Советского Союза Громова и с подачи Берии «осуждённого С.П.Королёва как специалиста – авиационного конструктора, подавшего заявление с предложением «об использовании», перевели в Особое техническое бюро при НКВД СССР, в так называемую «шарашку». Только 27 июля 1944 года на основании письма Сталину за подписью Берии Королёв и ещё 34 его коллеги по «шарашке» были освобождены со снятием судимости.

После войны следующим серьёзным решением по консолидации усилий в ракетостроении стало подписанное Сталиным 13 мая 1946 года Постановление Совета Министров СССР «Вопросы реактивного вооружения». Первым его пунктом предписывалось создать Специальный Комитет по Реактивной Технике при Совете Министров. Первоочередной задачей научно-исследовательских и опытных работ на 1946-1948 гг. определялось «воспроизведение с применением отечественных материалов ракет типа ФАУ-2 (дальнобойной управляемой ракеты) и Вассерфаль (зенитной управляемой ракеты)». Было решено послать в Германию для изучения и работы по реактивному вооружению необходимое количество специалистов различного профиля, а также решить вопрос о переводе Конструкторских Бюро и немецких специалистов из Германии в СССР к концу 1946 года. Для них было предусмотрено выделение до 15 октября 1946 года 150 разборных финских домов и 40 рубленых восьмиквартирных домов. Параллельно в вузах страны было решено организовать подготовку инженеров и научных работников по реактивной технике, а также переподготовку студентов старших курсов других специальностей на специальность по реактивному вооружению в совокупности менее 300 человек к концу 1946 года.

Пуск «Фау-2» (от нем. Vergeltungswaffe-2, оружие возмездия) – первой в мире баллистической ракеты дальнего действия, разработанной немецким конструктором Вернером фон Брауном, состоялся в марте 1942 года, а первый боевой пуск по территории Великобритании — 8 сентября 1944 года. Ракета являлась одноступенчатой, имела жидкостный ракетный двигатель с дальностью полёта 320 км. Боевая часть вмещала до 800 кг тротила. После взятия Берлина американцы первыми вывезли из немецкого ракетного центра в Тюрингии детали этих ракет и чертежи. Фон Браун вместе с другими учёными перешёл на службу к американцам. Как потом признал генерал Х. Тофтой, ракета «Фау-2» сэкономила США 50 млн. долларов и пять лет исследовательских работ.

Уже в 1947 году была создана первая советская тяжёлая баллистическая ракета Р-1 с максимальной дальностью 270 км и мощностью заряда 785 кг. Ею стали вооружать новые ракетные соединения — инженерные бригады Резерва Верховного Главного Командования. В 1950 году на вооружение поступает Р-2 с максимальной дальностью 550 км, головная часть которой впервые отделялась от корпуса после завершения активного участка её полёта. И, наконец, в августе 1957 года ТАСС передало сообщение, что в СССР создана многоступенчатая межконтинентальная баллистическая ракета «с возможностью пуска в любой район земного шара». Знаменитая семёрка, ракета Р-7 с пятью «глушковскими» двигателями ЖРД, имела максимальную дальность 8000—9500 км. Она и стала нашим главным ракетоносителем, настоящим шедевром конструкторской мысли команды Королёва.

 

Первый в мире искусственный спутник Земли

 

Между тем началась космическая гонка. 26 июня 1955 года США объявили о своём намерении в 1957-58 гг. построить и запустить в космос искусственный спутник земли (ИСЗ). Спустя пять дней, 5 августа СССР сделал аналогичное заявление. Именно в этот день на самый верх Хрущёву и Булганину была подана докладная записка. Она начиналась фразой: «В связи с появившимися в американской печати сообщениями…» Далее шла констатация: «Современное состояние ракетной техники и её смежных областей позволяет в ближайшие годы создать искусственный спутник Земли». Называлась и цена вопроса без учёта стоимости ракеты Р-7 – до 250 млн. рублей. Уже 30 января 1956 года Советом министров СССР было выпущено Постановление № 149-88сс «О создании объекта «Д», которое предусматривало разработку автоматического спутника массой от 1000 до 1400 кг, при этом от 200 до 300 кг отводилось под научное оборудование.

Но чтобы опередить американцев, работу по «Объекту «Д»» отложили. Было решено создать упрощённую версию с названием «ПС-1» («Простейший спутник-1»). Он представлял собой герметичный шар из сплава алюминия диаметром 58 сантиметров и весом 83,6 кг, оборудованный четырьмя антеннами. Спутник был выведен на орбиту 4 октября 1957 года с космодрома Байконур. Этот день считается началом новой космический эры. Такое решение, спустя 10 лет, приняла Международная астрономическая федерация. Первый в мире искусственный спутник Земли находился в космосе 92 дня. Около трёх недель радиостанции, которые располагались внутри, передавали в эфир характерный радиосигнал, известный как «Бип! Бип!» Мощности передатчиков обеспечивали уверенный приём радиосигналов широким кругом радиолюбителей всего мира.

Сразу после этого Н.С. Хрущёв поручил ещё раз удивить весь мир и осуществить запуск ещё одного аппарата к 40-летию Октябрьской революции. И Королёв меньше чем за месяц подготовил новый запуск.

Третьего ноября 1957 года СССР вывел в ближний космос свой второй искусственный спутник Земли, масса которого достигала 508 кг. Кроме научной измерительной аппаратуры на борту в специальном отсеке размещалась собака Лайка, первое живое существо, достигшее околоземной орбиты.

Лайка выдержала только четыре витка вокруг Земли, а затем погибла от перегрева. Целую неделю ТАСС сообщал данные о самочувствии уже мёртвой собаки, после чего было сказано, что Лайку якобы усыпили. На самом деле у неё не было шансов вернуться живой на Землю. Второй спутник запускали к дате в авральном режиме, и к тому времени спускаемый аппарат не был разработан. Гибель собаки вызвал вал возмущений зарубежных защитников животных. Они присылали протесты в Кремль с предложением послать в космос вместо Лайки самого Хрущёва.

Американцы планировали запустить первый свой ИСЗ 6 декабря 1957 года на мысе Канаверал в торжественной обстановке, с прямой трансляцией на всю страну. Однако ракета, едва поднявшись, рухнула на бок и взорвалась. В итоге свой «Эксплорер-1» (от английского исследователь) они удачно запустили только 1 февраля 1958 года. На этом фоне в США начали громко ратовать за обновление образования. А Альберт Томас, конгрессмен и председатель комитета в Палате представителей, заявил, что советский прогресс в научно-техническом образовании является «самой грозной угрозой, какую только можно вообразить». Президент Эйзенхауэр 7 ноября 1957 года в обращении к нации назвал советский спутник «достижением колоссального значения» и предупредил, что США рискуют потерять лидерство в технологической сфере.

 

Как в Воронеже наступило время Косберга

 

Время Воронежа, время Семёна Ариевича Косберга, главного конструктора ОКБ-154 (КБХА), который в 1946 году вместе с коллективом переехал в наш город из Бердска, наступило в июле 1958 года. Установлено, что Королёв встретился с Косбергом 10 февраля 1958 года.

В предварительных соображениях С.П. Королева и М.К. Тихонравова (с 1956 года в ОКБ-1 начальник отдела проектирования ИСЗ. — С.И.) «О перспективных работах по освоению космического пространства» от 5 июля 1958 года ставилась задача «обеспечения нормальных условий существования человека на всех этапах космического полёта, включая его спуск и подъём с поверхности Земли и планет». Первый раздел в документе называется: «Исследования на базе межконтинентальной ракеты Р-7 с третьей ступенью». Королёв на тот период ставил перед собой несколько задач, в том числе модернизацию Р-7 с целью получения дальности полёта 12 000 км (Р-7А), превращение Р-7 из двух- в трёхступенчатую, проектирование «тяжёлого спутника» для фоторазведки (будущего «Востока») и проекты покорения Луны, Марса и Венеры.

Живым свидетелем обстоятельства получения заказа воронежским ОКБ-154 на разработку и изготовление двигателя третьей ступени был доктор технических наук, профессор, академик Российской академии космонавтики имени К.Э. Циолковского, «крёстный отец» воронежского футбольного клуба «Факел», почётный гражданин Байконура Виктор Николаевич Скачилов. Выпускник МАИ, он по приглашению самого Косберга начал работать в КБХА с апреля 1958 года.

«Мне довелось, — вспоминает он, — случайно побы­вать на историческом совещании у Королёва в начале 1959 года (Семён Ариевич взял меня с собой на это совещание), на котором Сергей Павлович поставил задачу: за год сделать двигатель 3-ей ступени ракеты-носителя для вывода на околоземную орбиту космического корабля с человеком на борту.

Алексей Михайлович Исаев (конструктор ЖРД различного назначения, возглавляемое им ОКБ-2 разработало тормозную двигательную установку (ТДУ) для космического корабля «Восток». — С.И.) сказал, что за год нереально решить такую сложную задачу. Генеральный конструктор ОКБ-456, где были разработаны ракетные двигатели на боковые блоки (1-я ступень) и центральный блок (2-я ступень), Валентин Петрович Глушко промолчал. Тогда Косберг сказал: “А я как ученик Алексея Михайловича обещаю, что КБХА сделает двигатель в срок”. Решение было принято. По приезду в Воронеж закипела работа. Днём приходилось трудиться за доской, во вторую, иногда и в третью смены в механических и сборочном цехах».

А вот как о приобщении воронежцев к космосу в своих мемуарах рассказывает Борис Евсеевич Черток, в 1957–1963 гг. – заместитель главного конструктора ОКБ-1: «Для достижения Луны автоматическим аппаратом, начинённым аппаратурой, двух ступеней Р-7 уже не хватало. Третья, чисто космическая ступень, была необходима для разгона посылаемого к Луне аппарата до второй космической скорости 11,2 км/с. Эта ступень была названа блок “Е”. Требовался двигатель для этой ступени. Мишин (первый заместитель главного конструктора – С.И.), окрылённый успехами по созданию рулевых двигателей для Р-7 силами ОКБ-1 на нашем заводе, уговорил Королёва не обращаться за помощью к Глушко. Отдел нашего главного специалиста по двигателям Мельникова обладал неплохой стендовой базой и достаточным кадровым составом для разработки самого двигателя — камеры сгорания с высотным соплом. Но требовался турбонасосный агрегат, опыта создания которого у нас не было. Времени на обучение тоже не было. Выручила авиационная промышленность. Я уже говорил, что она попала в немилость к Хрущёву. Высвобождались не только производственные мощности заводов, но и конструкторские бюро искали интересную работу. Очень энергичный, инициативный и талантливый Семён Ариевич Косберг — главный конструктор Воронежского КБ опытных реактивных авиационных двигателей и агрегатов — предложил свои услуги Королёву. Невысокого роста, полный, но очень подвижный, быстро и выразительно жестикулировавший, всегда пребывавший в оптимистическом настроении Косберг, сын кузнеца, имевший типично еврейскую внешность, с первой же встречи понравился Королёву».

Воронежское ОКБ-154 справилось с поставленной перед ним задачей, по одним источникам, менее чем за 7 месяцев, по другим – за 9 месяцев. А 2 января 1959 года, сработанный в Воронеже двигатель впервые в истории космонавтики обеспечил автоматической межпланетной станции «Луна-1» достижение второй космической скорости. При этом РД-0105 стал первым в мире двигателем, который запускался в космическом пространстве. 4 января 1959 станция «Луна-1» пролетела на расстоянии 5-6 тыс. км от лунной поверхности и стала первым искусственным спутником Солнца. 14 сентября 1959 двигатель РД-0105 вывел в космическое пространство станцию «Луна-2», которая впервые в мире достигла лунной поверхности и доставила на неё вымпел с изображением Государственного герба СССР. Вымпел упал в кратер, который потом назовут именем Косберга.

4 октября 1959 года двигатель РД-0105 использовался в составе третьей ступени для вывода в космическое пространство станции «Луна-3», облетевшей естественный спутник Земли и сделавшей фотографии его обратной стороны.

Во время экскурсии на КБХА преемник Косберга Александр Дмитриевич Конопатов рассказывал автору этих строк, что один французский винодел обещал вагон вина тому, кто первый сделает фотографию невидимой стороны Луны. Когда и здесь мы обогнали американцев, вагон с вином действительно прибыл в Москву. И Конопатову удалось привезти в Воронеж несколько бутылок.

Космической программе «Восток» дан был старт постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 22 мая 1959 года.

А 3 марта 1960 года в СССР появилась новая профессия – космонавт. В этот день утвердили «Временное положение о космонавтах». В названии профессии соединили два греческих слова «kósmos – вселенная» – и «nautēs – мореплаватель».

На протяжении 1960 года беспилотных запусков космического корабля «Восток» с подопытными животными было три: с крысами и двумя собаками − Белкой и Стрелкой. Из пяти совершённых полётов, предшествующих полёту Ю.А. Гагарина удачными были только три, однако последние два были успешными.

9 марта 1961 года слетал в космос манекен космонавта в полном лётном обмундировании и скафандре («Иван Иванович»), собака Чернушка и другие подопытные животные. 25 марта 1961 года после запуска успешно приземлился спускаемый аппарат с собакой Звёздочкой, а манекен был катапультирован. Этот запуск стал завершающей проверкой космического корабля перед полётом человека.

К полёту были подготовлены шесть космонавтов. О том, что полетит именно он, старший лейтенант Юрий Гагарин узнал 9 апреля. Германа Титова приказано было готовить запасным. По моему наблюдению, многие современники тех событий, конструкторы и инженеры, были разочарованы таким решением комиссии. Они считали, что Герман Титов больше заслуживал чести быть первым. Группкомсорг отдела вырос в учительской семье, он был эрудитом, в нём отмечали «исследовательскую жилку» и зачёты сдавал он с общим баллом 5, а крестьянский сын Гагарин – 4,8.

 

Первый человек, совершивший космический полёт

 

Но, на мой взгляд, на все эти сомнения ответил на первой же встрече Гагарина с журналистами американский корреспондент журнала «Фейт» Эдвардс. Он воскликнул: «Черт бы вас, русских, побрал! Я могу допустить, что вы точно рассчитали свой космический корабль и космическую ракету. Но как вы смогли точно рассчитать человека? Как рассчитали своего несравненного Колумба Вселенной? Красив. Умён. Мил. Обаятелен. Образован». Кстати, Юрию Гагарину присвоили внеочередное воинское звание майор перед самым полётом. Не после, а до. О своём звании майора Гагарин узнал только после посадки.

Первый космический корабль с человеком на борту «Восток-1» стартовал 12 апреля 1961 года в 9 часов 6 минут 59,7 секунд с космодрома Байконур. Блоки первых двух ступеней ракеты-носителя соединённые параллельно в «пакет», состоящий из четырёх одинаковых боковых блоков (Б, В, Г и Д) 1-й ступени, окружали центральной блок (А) 2-й ступени. При старте двигатели всех блоков включились одновременно. Как только корабль оторвался от Земли в эфире прозвучало знаменитое гагаринское: «Поехали!» Сброс боковых блоков произошёл после 120 сек. полёта, а центральный блок 2-й ступени работал ещё в течение 180 сек. После прохождения плотных слоёв атмосферы произошёл сброс головного обтекателя. Израсходовав топливо, отделился центральный блок и запустился двигатель 3-й ступени (блок Е). К этому времени на ОКБ-154 после глубокой модернизации предыдущей модели РД-0105 под руководством Косберга был изготовлен двигатель РД-0109 с улучшенной, более лёгкой и эффективной камерой сгорания.

Именно этот двигатель вывел в космос корабль с Юрием Гагариным. По легенде, о его включении Гагарин в прямом эфире якобы сообщил фразой: «Косберг сработал!» Единственным подтверждением тому служит публикация Тамары Кутузовой в журнале «Техника-молодёжи» (1978 г., №4). Материал называется «Они последними пожали Гагарину руку перед стартом». Журналистка, автор первой книги о первом космонавте, вышедшей в августе 1961 года, приводит воспоминания двух слесарей-монтажников, Владимира и Виктора, закрывавших на корабле Гагарина крышку люка. Кутузова называет их только по именам. Один из слесарей, Владимир, описывает такую сцену на наблюдательном пункте после сброса второй ступени: «Главный конструктор двигателей последней ступени ракеты Косберг, вот такой, маленький ростом, в ту минуту будто стал ещё меньше… Мне почему-то показалось, что он врос в землю. На площадке не одна сотня людей, и все с немым вопросом смотрят на него.

И вдруг весёлый голос Гагарина:

“Косберг включился!” — озорно передал Юрий Гагарин с борта космического корабля. Передал прямым текстом, без шифра!»

На самом деле в рассекреченной записи переговоров между космонавтом и пунктами управления полётом упоминания о Косберге нет. Достоверным является лишь тот факт, что на следующий день после полёта Гагарин подарил Косбергу газету «Волжская коммуна» за 13 апреля 1961 года с сообщением ТАСС и своим портретом с надписью: «За третью ступень» и оставил на память один из первых автографов.

В расшифровке переговоров есть такая фраза Гагарина «Работает третья ступень». Скорее всего, слесарь Владимир перепутал эмоциональный комментарий одного из присутствующих на наблюдательном пункте, после включения третьей ступени с репликой самого Юрия Гагарина. В той атмосфере необычайного напряжения это было не трудно. С таким же напряжением после отделения от корабля третьей ступени на земле ждали включения ТДУ – тормозной двигательной установки, от которой зависело приземление.

За 108 минут корабль, на борту которого находился лётчик-космонавт Юрий Алексеевич Гагарин, совершил один виток вокруг Земли и выполнил посадку недалеко от деревни Смеловка Терновского района Саратовской области.

Первое сообщение ТАСС о старте было передано 12 марта 1961 года в 10 часов 02 минуты всеми радиостанциями Советского Союза. В этот день отец первого космонавта в смоленском Гжатске, плотник Алексей Иванович Гагарин, собравшись идти в соседнюю деревню на заработки, сообщениям о том, что его сын в космосе, не поверил. «Мало ли в России Гагариных!», — сказал он и ушёл на работу. Но вскоре его с полдороги вернули домой.

По решению Совмина СССР Юрию Гагарину после полёта было выдано денежное вознаграждение в сумме 15 тысяч рублей. Чуть позже правительство подарило «первому лётчику-космонавту СССР майору Гагарину Ю.А. и членам его семьи автомашину «Волга», жилой дом, мебель и экипировку» и выделило «майору Гагарину Ю. А. четырёхкомнатную квартиру по месту службы». Средняя зарплата в 1961 году составляла 80 рублей. Горбатый «Запорожец» можно было купить за 1800 рублей, «Москвич-403» — за 3600, а «Волгу» — ГАЗ-21 — за 5 600.

Нам с расстояния в 65 лет трудно себе представить тот восторг, с которым встречала наша страна, да и весь мир первого в мире человека, который увидел со стороны нашу голубую планету, своими глазами увидел, что Земля на самом деле круглая. 12 апреля для советских граждан стал вторым Днём Победы, а портреты Юрия Гагарина стали вешать в крестьянских домах рядом с иконами.

 

Воронежцы, причастные к победе в космосе и на Земле

 

Кстати, Юрий Гагарин (после полёта он был начальником Центра подготовки космонавтов) любил бывать на 95-й площадке, так называлось представительство КБХА на Байконуре, потому что воронежцы одни из немногих построили у себя русскую баню. А Юрий Алексеевич был большим любителем этого дела.

Заслуги Воронежа, КБХА и механического завода в освоении космоса, участие наших рабочих и инженеров в грандиозном событии 20-го века неоспоримы. Достойной встречей 65-летия гагаринского полёта, а теперь и будущего 70-летия начала космической эры в Воронеже стала бы долгожданная установка в городе полноразмерного макета космического корабля «Восток» с третьей ступенью. По мнению специалистов, элементы будущего памятника можно найти в загашниках бывших советских КБ. Рядом с ним должен быть размещён стенд с перечисленьем имён всех воронежцев, кто по решению советского правительства был отмечен наградами «за успешное выполнение специального задания Правительства по созданию образцов ракетной техники, космического корабля-спутника «Восток» и осуществление первого в мире полёта этого корабля с человеком на борту». Долгое время указы об их награждении носили гриф «Совершенно секретно». Теперь они рассекречены (см. «Первый пилотируемый полёт. Сборник документов в двух книгах», изд-во «Родина МЕДИА», Москва, 2011 год). В нашей выборке в начале каждой фамилии сохранены номера, под которыми воронежцы значатся в общем списке награждённых:

 

Из Указа Президиума Верховного Совета СССР № 253/29

 

…присвоить звание Героя социалистического труда с вручением Ордена Ленина и золотой медали «Серп и молот»:

38. Косбергу Семёну Ариевичу — главному конструктору ОКБ-154 Государственного комитета Совета Министров СССР по авиационной технике.

 

Из Указа Президиума Верховного Совета СССР №253/34

 

Наградить:

орденом Ленина:

1. Абрамова Ивана Ильича — дир.з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
2. Алексеева Василия Дмитриевича — сварщика з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
3. Глазунова Дмитрия Васильевича — сл-ря-сборщика ОКБ-154.
4. Конопатова Александра Дмитриевича — зам. гл. конструктора ОКБ-154.
5. Кошельникова Василия Петровича – ведущего конструктора ОКБ-154.

 

орденом Трудового Красного Знамени:

80. Беляка Константина Никитича — предс. Воронежского совнархоза.
81. Гольденберга Семена Михайловича — нач-ка производства з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.

305. Ефремова Илью Ефимовича — сл-ря з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
306. Косоплёткина Романа Тимофеевича — секретаря Воронежского обкома КПСС.
307. Любицкого Григория Петровича — зам. Предс. Воронежского совнархоза.
308. Мельгунова Ивана Алексеевича — нач-ка отд. ОКБ-154.
309. Ожередову Раису Ивановну — револьверщицу з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
310. Смирнова Григория Артемьевича — зам. гл. конструктора ОКБ-154.

984. Соболевского Давида Григорьевича — зам. гл. конструктора ОКБ-154.

1 148. Чевела Бориса Александровича — гл. инж. з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.

1174. Чурсина Германа Ивановича — ведущего конструктора ОКБ-154.

1213. Щепкина Александра Ивановича — моториста ОКБ-154.

 

орденом «Знак почёта»:

260. Воробьёву Марию Ивановну — контрольного мастера ОКБ-154.

267. Гаврилова Василия Петровича — предс. завкома з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
268. Горохова Ивана Сергеевича — нач-ка отд. ОКБ-154.
269. Грасса Игоря Константиновича — ведущего конструктора ОКБ-154.

340. Гречушкина Павла Дмитриевича — сварщика ОКБ-154.
341. Егорова Григория Ивановича — гл. Контролёра з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
342. Ефанова Владимира Александровича — нач-ка цеха з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
343. Катасонова Николая Гавриловича — секр. парткома з-да № 154 Воронежского совнархоза.
344. Лодочникова Эвальда Акимовича — гл. конструктора электромеханического з-да Воронежского совнархоза
345. Лыткина Григория Тимофеевича — расточника з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
346. Мягкова Владимира Ивановича — ведущего конструктора ОКБ-154.

1169. Перевозова Михаила Николаевича — гл. технолога з-да № 1 54 Воронежского совнархоза
1170. Симонова Евгения Георгиевича — бывшего нач-ка стенда ОКБ-154.

1475. Степанова Евгения Гавриловича — нач-ка отд. ОКБ-154.
1476. Сысоева Анатолия Климентьевича — секр. парткома ОКБ-154.

1635. Хенкина Абрама Ароновича — ст. мастера ОКБ-154.
1636. Чуброва Александра Васильевича — заведующего отделом Воронежского обкома КПСС.

 

медалью «За трудовую доблесть»:

15. Алейникова Ивана Гавриловича — ведущего конструктора з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
16. Гаврилова Владимира Васильевича — сл-ря-сборщика з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
17. Козелкова Валерия Павловича — инж.-конструктора ОКБ-154.
18. Коробкова Владимира Алексеевича — сл-ря-сборщика электромеханического з-да Воронежского совнархоза.
19. Никитина Александра Алексеевича — токаря ОКБ-154.
20. Панкова Леонида Алексеевича -сл-ря з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
21. Разинкова Дмитрия Степановича — сварщика з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
22. Рубинского Виталия Романовича — ведущего конструктора ОКБ-154.
23. Севастьянова Игоря Павловича — технолога з-да № 1 54 Воронежского совнархоза
24. Степанова Владислава Андреевича — нач-ка цеха з-да № 154 Воронежского совнархоза.
25. Стефанова Павла Амосовича — нач-ка отд. ОКБ-154.
26. Стрелецкого Бориса Александровича — нач-ка цеха з-да № 154 Воронежского совнархоза.

1604. Шведова Сергея Алексеевича — токаря ОКБ-154.

 

медалью «За трудовое отличие»:

12. Агеева Андрея Михайловича — сл-ря-сборщика ОКБ-154.
13. Бирюкова Михаила Петровича — инж.-конструктора ОКБ-154.
14. Болдырева Алексея Александровича — сл-ря з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
15. Борисова Пантелеймона Митрофановича — сл-ря ОКБ-154.
16. Даева Константина Константиновича — заведующего отделом Воронежского горкома КПСС.
17. Деева Георгия Андреевича — нач-ка цеха электромеханического з-да Воронежского совнархоза.

323. Дугина Владимира Ивановича — токаря з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
324. Елфимова Николая Тимофеевича — сл-ря -да № 1 54 Воронежского совнархоза.
325. Ефремова Дмитрия Ивановича — нач-ка цеха з-да № 1 54.
326. Коршунова Алексея Фёдоровича — ст. инж. НИИ при электромеханическом заводе Воронежского совнархоза.
327. Кулеева Александра Александровича — зам. нач-ка испытательной станции ОКБ-154.
328. Катасонова Николая Гавриловича — секр. парткома з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
329. Олешко Василия Романовича — нач-ка цеха ОКБ-154.
330. Полякова Алексея Павловича — сл-ря з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.
331. Сасину Марию Григорьевну — модельщицу з-да № 1 54 Воронежского совнархоза.

Председатель Президиума Верховного Совета СССР

(Л. Брежнев)

Секретарь Президиума Верховного Совета СССР

                                                                  (М. Георгадзе)

Москва. Кремль 17 июня 1961 г.

 

И конечно, нельзя не сказать о вкладе воронежских ракетостроителей в общественную жизнь города. Старожилы помнят театр миниатюр «ТЭМП-20», созданный в КБХА, гремел джазовый оркестр предприятия, являясь лучшим музыкальным коллективом Воронежской области. В начале 60-х годов инженеры и конструкторы КБХА, по сути, были основателями воронежского альпинизма, скалолазания, горного туризма и даже водных лыж. Лидерами этих видов спорта были работники КБХА Эдуард Заев, Николай Шоломко, Римма Якунчикова. Особенно впечатляющи успехи воронежских альпинистов. Семь из них добились звания «снежных барсов». Это – Эдуард Заев, Игорь Коренюгин, Сергей Перелыгин, Нина Румянцева, Татьяна Прилепина, Владимир Комзолов и Виктор Аксёнов. Пятеро из семи – работники КБХА. А инженер КБХА Игорь Константинович Коренюгин весной 2002 года в Непале первый из воронежцев и пока единственный покорил восьмитысячник, взошёл на вершину Лхоцзе.

В 1960 году на КБХА была создана футбольная команда «п/я 20» – основоположник главной футбольной команды Воронежской области «Факел», которая за период с 1960 по 1976 годы неодно­кратно завоёвывала звания чемпионов и обладателей Кубка области, становилась чемпионом РСФСР, призёром первенства СССР среди производственных коллективов. Основателем, играющим тренером и первым начальником команды был уже упомянутый выше Виктор Николаевич Скачилов. Подробно историю рождения нашей футбольной команды рассказывает в своей книге «Космос и футбол» автор первого гола в первой официальной игре «Факела» 1961 года, доктор физико-математических наук, профессор, заведующий кафедрой математического моделирования ВГУ Владимир Алексеевич Костин. С 1977 года по решению обкома партии главная команда области официально стала именоваться «Факелом».

Не все нынешние болельщики команды знают, что на языке конструкторов факелом называется пламя, вырывающееся из сопла работающего ракетного двигателя. Именно на этот факел, а не на зажжённую тряпку на палке, смоченную керосином, следует ориентироваться в истории воронежского футбола. А для этого стадиону «Факел» надо официально присвоить имя Виктора Скачилова.

И вместо послесловия. Я очень люблю это время – шестидесятые годы 20-го столетия. Это был хребет века, высвеченный небывалой верой в человека, в победу добра. Люди тогда неистово и дерзко мечтали, преодолевая невиданные ранее рубежи и высоты. Как красиво они жили, с завидной скоростью освобождения от рутины и сомнений, с верой во всемогущество человеческого разума!

 

---

Святослав Иванов, член Союза писателей России (Воронеж)