За лесом — мир иной

ВАСИЛЬКИ

 

Есть цветы, что седеют как люди,

излучая лазоревый свет.

Но восторг и почтение будит

даже полупрозрачный букет.

Седина отражается в небе

рябью нитей, столбов и венцов,

а на стол осыпается пепел

полевых, утонченных костров.

На высоких посланников неба

я могу бесконечно смотреть,

забывая, что быль, а что небыль,

погружаясь в вечернюю медь.

 

ЖЕЛУДЕВАЯ СЛЕЗА

 

Что за странный звук в лесу,

будто дождь роняет капли?

Желудевую слезу

бережно ловлю руками.

Пусть еще не листопад —

старых сучьев осыпанье,

но опустошенней взгляд

и размеренней дыханье.

Все ж надежда есть, пока

стынь сосулькой не повисла.

Возымеет жизнь-строка

с желудем бочонок смысла!

 

СОН

 

Мне снова снился сон,

что я живу в лесу,

там дом мой навесу

среди могучих крон.

Дороги над землей

из множества ветвей

сплелись листвой своей

и мощью вековой.

Для возвращенья сил

мне нравится бежать,

волос откинув прядь,

пока день не остыл.

На утренней заре

иду к моим друзьям.

Легко и просто нам

жить мыслью о добре.

Мы мало говорим,

объединив сердца,

и слушаем Творца

величественный гимн.

За лесом — мир иной,

там ходят по земле,

растят сад на золе

и плачут над судьбой.

У них — просторный дол

большой дубовый стол,

и кто бы ни пришел,

мне кажется знаком.

 

НА БИТЮГЕ

 

Сквозь узкие протоки пробираясь,

в затонах расслабляется река.

От края леса до земного края

под рукавом моим ее рукав.

Я на бугре и луг держу в ладонях,

но реку невозможно удержать…

Меж пальцев остается желтый донник,

и на ладонях — зрелости печать.

 

СМОТРИТЕЛЬ РОДНИКА

 

По росным травам к роднику,

набрать воды в дорогу,

вдоль берега реки бегу

под ястребиным оком.

 

Его река — неширока,

но омуты глубоки,

испытывают смельчака

таинственные токи.

 

Его луга — невелики,

и наклонились травы,

но пышут мелкие цветки

огнями величаво.

 

Его родник — природы крик,

он хищнику не нужен,

но ястреб видит, кто приник

водой очистить душу.

 

БЕДНАЯ ЗИМА

 

Едва припорошил в конце зимы

снег землю, на пригорках извиняясь,

как будто ветру был он дан взаймы

от щедрого, улыбчивого мая.

 

Чистейшая кристальная вода

летит с небес, когда огни стихают,

когда не пышут гневом города,

когда природа ежится нагая.

 

В угаре не истребовать мороз,

не выкрасть и не выцарапать снеги.

У снежной королевы чуткий нос,

но ледяные и сухие веки…

 

БАБУШКЕ

 

Твой восточный платок

Я носила до дыр,

Был он словно цветок,

Украшающий мир.

 

Все оттенки души

В синем и голубом

Отраженье нашли

И легли над челом.

 

Благородство твое,

Сила воли и свет

В том узоре поет,

Укрывая от бед.

 

Буду в мыслях платок

Я как прежде носить,

Стал невидим цветок,

Но надежнее нить.

 

ЗИМНИЙ ЛЕС

 

Снег лежит в лесу,

В городе — капель,

Пролила слезу

Вековая ель,

В царстве тишины

Лапы разметав,

Охраняет сны

На чужих ветвях.

 

Безмятежно спят

Крепкие дубы,

Грусть уносит взгляд

В океан судьбы,

Небо цветом в снег

Куполом висит —

Медлит время бег,

Создавая щит.

 

Тихим скрипом снег

Принимает шаг,

Добрый человек,

Жизнь — в твоих руках.

Хрупок зимний лес:

Тоже ждет тепла

И, как мир чудес,

Не приемлет зла…

 

---

Вера Галина (Вера Александровна Калашникова) родилась в Воронеже. Окончила Воронежский государственный университет по специальности «Прикладная математика». Работала в сфере информационных технологий. Второе образование — Московский гуманитарно-экономический институт, специальность «Психология». Публиковалась в журнале «Подъём», ряде альманахов. Автор четырех поэтических сборников, двух музыкальных альбомов. Член Российского союза писателей. Живет в Воронеже.