Театральная жизнь Воронежской губернии

1. Начало

 

В течение почти двадцати пяти веков именно театр в европейских странах выполнял цивилизационную роль, давая неграмотной массе народа представление о добродетелях и пороках, соединяя человека единичного с обществом, давая ему понятия о явлениях общественных, призывая рядового человека к деятельному участию в них. О том, что «воздействие театра глубже и устойчивее морали и законов» (Ф. Шиллер), прекрасно понимали монархи всех времен и народов и нередко единолично определяли его направление.

В античных Афинах архонт (верховный правитель) назначал хорега1 из числа наиболее известных и уважаемых лиц республики для отбора пьес и организации весенних и осенних Дионисий. Недаром в золотой век правления Перикла (V в. до н.э.) великий драматург Софокл был личным другом великого афинского стратега. Именно в то время были сформулированы важнейшие гуманистические категории — Истина, Добро, Красота. Тогда же возникла и эстетика — наука о Прекрасном. В античных Афинах героями трагедий были боги, цари, полководцы, герои, известные всему народу. На представлениях обязаны были быть все свободные граждане Афин (вспомним, что это была рабовладельческая республика). Малоимущим гражданам Республики для этого выдавали деньги из казны.

В испанском, английском и французском Средневековье за королями было последнее слово — быть или не быть пьесе на сцене. Самая знаменитая лондонская труппа в конце XVI века, одним из пайщиков которой был Шекспир, не случайно называлась «Слуги лорда камергера», а после смерти Елизаветы I, уже при короле Якове I, в 1603 году получила статус «королевской». Людовик XIV во второй половине XVII века во Франции фактически был цензором Мольера, нередко его первым слушателем и зрителем и даже временами защищал драматурга от нападок наиболее агрессивных церковников.

А Россия, XIX век, Пушкин! 8 сентября 1826 года император Николай I принял Пушкина в Москве и объявил себя личным цензором Поэта. Пытался править его историческую трагедию «Борис Годунов», созданную в 1825 году в Михайловском. До 1866-го она была запрещена для представления на сцене. Впервые, с цензурными изъятиями и сокращениями, поставлена лишь 17 сентября 1870 года на сцене Мариинского театра артистами Александринского театра. Это уже во времена императора Александра II.

История театра в России весьма интересна и даже отчасти парадоксальна. В России театр появился с — в начале XVIII века вместе с Петром Великим. В Европе к этому времени уже были в расцвете не только драматические, но и музыкальные оперно-балетные представления. Что из этого следует? А то, что Россия сразу узнала лучшие образцы театрального искусства. Это касается и драматургии и методов ее сценического воплощения. Правители послепетровской эпохи Анна Иоанновна и Елизавета Петровна активно приглашали в Петербург французские, итальянские и немецкие труппы. Итальянские архитекторы строили театральные здания в Петербурге и Москве по лекалам западноевропейских.

А в конце 1740-х появился и первый русский драматург Александр Петрович Сумароков (1717–1777), окончивший к тому времени в столице Императорский шляхетский кадетский корпус — высшее военное учебное заведение того времени, готовившее из дворянских детей будущих российских военачальников. А.П. Сумароков был оставлен при корпусе для обучения новобранцев «пиитике», «театральным акциям», танцам, пластике и т.д. Кадеты играли спектакли даже во дворце императрицы Елизаветы Петровны. Так, по иронии судьбы, военное учебное заведение, равнозначное сегодня Академии Генерального штаба, стало альма-матер российского театра. В середине 1750-х в нем обучались первые актеры русского театра Федор Волков и Иван Дмитревский. Акцентирую внимание на этих фактах, потому что в Шляхетском кадетском корпусе обучались и с большой вероятностью участвовали в его спектаклях будущие генерал-губернаторы, наместники российских провинций Михаил Кречетников и Василий Чертков, о которых речь впереди.

Основы для появления именно русского театра заложила дочь Петра Великого Елизавета Петровна. 30 августа 1756 года появился Указ правительствующему Сенату: «Повелели Мы ныне учредить Русский для представления трагедий и комедий театр. А для онаго повелено набрать актеров из обучающихся певчих и ярославцев в Кадетском корпусе. Дирекция Русского театра поручается от нас бригадиру Александру Сумарокову». С этой даты и ведется отсчет русского профессионального театра. Театральное здание находилось на Васильевском острове. Театр был общедоступным и давал платные представления для всех слоев городской публики. На его содержание отпускались деньги из государственной казны. Труппа состояла из 12 человек. Федору Волкову было дано официальное звание «Русского театра Первый актер».

Мощный импульс развитию всех сфер культуры и просвещения в России был дан в годы правления Екатерины Великой (1762–1796). «Век Екатерины имеет определенную физиономию не только в государственной истории России, но и в истории русской литературы и культуры в целом», — замечает известный историк академик С.Ф. Платонов. Особую роль в воспитании народа она отводила театру, сформулировав в первый же год правления: «Театр — школа народная. Я главный учитель в этой школе, и за нравы народа — мой первый ответ Богу».

Екатерина II личным примером прививала любовь к чтению и театру, писала сказки, пьесы на исторические темы, а также драмы и комедии. Перевела на русский комедию Шекспира «Виндзорские проказницы». И поощряла грамотных вельмож в этом направлении. Большой любовью постановщиков пользовались комедии, написанные самой Екатериной II, — «О, время!» и «Именины г-жи Ворчалкиной». В них она сатирическим пером обличала царившие, даже в дворянской среде, грубые нравы. Всего ею написано 13 комедий. Они походили по стилю на легкие французские пьесы с непритязательным сюжетом и незамысловатой интригой.

Восемнадцатый век был веком, в котором очень многое возникало впервые, особенно в сфере культуры. В России даже в большей степени, чем в Европе, это было время именно Просвещения. Если в Европе Просвещение означало, в первую очередь, освобождение от пут католической церкви, которая в течение тысячелетия узурпировала и государственные функции, то в России это явление в большей степени соответствовало своему названию. А именно: просвещать малограмотный народ, приобщать его к культуре, знаниям, грамотности. Предполагалось, что просвещением можно исправлять нравы. По мысли драматурга А.П. Сумарокова, «трагедия есть школа добродетели». Екатерина с первых лет правления принялась активно насаждать культуру по европейским образцам. Чтобы сделать представления доступными народу, императрица приказывает к 1765 году в Москве и Петербурге «на пространной площади» выстроить открытые «для всенародного увеселения» театры. Играли пьесы Мольера («Скупой» и «Лекарь поневоле»), Детуша («Привидение с барабаном»), Леграна («Новоприезжие»), а также русских авторов. Представления были публичные и бесплатные. Театры имели значительный сценический гардероб и реквизит. Все это за государственный счет. При этом поощрялось сочинение пьес на русские темы. Историк театра барон Н. Дризен, имея в виду вторую половину XVIII века, подчеркивает: «В царствование Екатерины волна театральных увлечений достигает провинции: везде играют — значит везде читают, учатся. В культурном отношении Россия окончательно входит в число великих европейских держав».

К концу 1770-х в России уже существовали театры — придворные, государственные публичные, школьные и университетские, дворянские любительские, театры «охотников», а также труппы иностранных актеров (итальянские, французские, немецкие, польские), получили распространение крепостные театры. Мемуарист М. Пыляев в записках «Полубарские затеи», опубликованных в «Историческом Вестнике» за 1886 год, вспоминая Екатерининскую эпоху, утверждает: «Не было ни одного богатого помещичьего дома, где бы не гремели оркестры, не пели хоры и где бы не возвышались театральные подмостки, на которых приносили посильные жертвы богам искусства доморощенные артисты». Поскольку в постановках участвовали представители так называемого «благородного сословия», к началу 1780-х для таких любительских трупп утвердилось название «благородный театр». К концу 1780-х в распоряжении общества был уже большой репертуар пьес, как переводных, так и отечественных. «Драмматический словарь» (название подлинника), изданный в 1787 году в Москве, содержал аннотированный перечень 339 пьес (145 русских оригинальных и 194 переводных).

Исторически сложилось в течение ХХ века: считать начальной датой городского театра первое театральное представление — независимо от того, кто были артисты и кто были зрители, в приспособленном помещении, в доме наместника или в специально построенном здании это происходило, а также независимо от того, платными или бесплатными были эти представления. И это правильно, потому что в 1770–1790-е годы в провинциальном городе населением чуть более 10 тысяч человек (именно таким был и Воронеж в конце 1780-х), где главными развлечениями большинства неграмотных или малограмотных горожан были катания с гор и кулачные бои зимой, ярмарки в весеннюю и осеннюю пору, а для «благородных» катание на лошадях и редкие балы в богатых домах, само появление театральных представлений было уже явлением качественно новым с точки зрения общегородской культуры и не могло не быть обсуждаемо населением.

7 ноября 1775 года Екатерина II издала указ, названный «Учреждения для управления губерний». Несколько областей объединялись в наместничества, во главе которых были поставлены генерал-губернаторы, или наместники, напрямую подчинявшиеся императрице. Назначая наместников (генерал-губернаторов), она давала наказ открывать в городах и уездах гимназии и училища, строить больницы, а также «благопристойные для публики забавы, держася токмо государственных узаконений и предписаний в Уставе полицейском», то есть организовывать театральные действа. Большинство генерал-губернаторов 1770–1780-х годов окончили в конце 1740-х Шляхетский кадетский корпус в Петербурге. Помня торжественную, богато театрализованную коронацию императрицы в марте 1762 года в Москве, наместники вступление в должность на вверенных им территориях обставляли пышными театральными представлениями, зрителями которых становились, прежде всего, состоятельные горожане.

 

В современной России есть одна примечательная театральная традиция. С 2002 года в Калуге проводится Всероссийский фестиваль «Старейшие театры России». Почему именно Калуга удостоилась такой чести? Обратимся к истории. «День рождения Калужского театра — 19 января 1777 года. Театр был учрежден одновременно с учреждением наместничества, в которое входили калужские, тульские и рязанские земли. Организовал этот очаг культуры только что вступивший в должность калужский наместник генерал-поручик М.Н. Кречетников. Специально для первого спектакля поэтом В.И. Майковым была написана пьеса «Пролог на открытие Калужского наместничества». Под театр был оборудован амбар купца первой гильдии Тимофея Шемякина. Организатором и руководителем театра стал известный драматург и композитор Н.С. Титов, осуществивший по просьбе М.Н. Кречетникова перестройку здания, набор актеров, заказ пьесы и т.д.». Такую информацию можно прочитать на сайте Калужского театра драмы.

В пятерку старейших в России входит и Тамбовский драмтеатр. «28 июня 1786 года в день восшествия на престол Императрицы Екатерины II в доме великого российского пиита и начальника Тамбовского наместничества Гавриила Романовича Державина по поводу сего события состоялось празднество с представлением аллегорического характера «Торжество восшествия на престол Императрицы Екатерины II» с музыкой итальянского композитора Паизиелло, где артистами предстали семьи Свечиных, Беклемишевых, Хвощинских, Мелиных. Текст представления и постановку оного осуществил сам Державин. Спектакль был первым в истории нашего города. От него ведется отсчет возраста Тамбовского театра. В декабре 1788 года Державин в результате чиновничьих интриг был отстранен от должности и покинул Тамбов. С его отъездом театр в Тамбове до 1815 года фактически перестал существовать».

А теперь обратимся к Воронежу. В 1782 году генерал-губернатором Воронежского и Харьковского наместничеств назначается генерал-поручик Василий Алексеевич Чертков (1726–1793). Фактор личности во все времена имеет решающее значение. И в значительной степени определяет эпоху. Поэтому весьма показательно, людям какого масштаба Екатерина Великая поручала преобразование России.

Приведем кратко биографию В.А. Черткова до его назначения в Воронеж. В 1748 году окончил Шляхетский кадетский корпус в Петербурге. Был оставлен там же в качестве преподавателя математики. В начале 1760-х он контролирует издание типографией шляхетского корпуса сочинений и переводов с французского и немецкого языков. Такие, весьма разнородные и ответственные, гражданские должности свидетельствуют о незаурядных способностях человека. В 1770-е В.А. Чертков среди выдающихся полководцев России, сподвижник Г.А. Потемкина в освоении Малороссии. В 1771 году произведен в генерал-майоры и назначен главным командиром Днепровской укрепленной линии, в 1775-м — Азовским губернатором. Им основаны Екатеринослав (Днепропетровск, Днепр) и Мариуполь. Собственноручно составлял планы городов! В 1777-м он уже генерал-поручик.

Самый интересный для нас факт: успешная военная карьера, нахождение практически на передовой военных действий сочетались в жизни талантливого военачальника с литературно-театральной деятельностью. В 1765 году он был обер-комендантом крепости св. Елисаветы Новороссийской губернии. В том году он перевел комедию Ж.-Б. Руссо «Кафейной дом» (орфография подлинника), адаптировав ее к русским нравам. Там же она была напечатана. А в 1770-м он поставил ее в Елисаветграде.

В 1782 году генерал-поручик Василий Чертков назначается генерал-губернатором Воронежского и Харьковского наместничеств. В Воронежском наместничестве он провел антиалкогольную кампанию (в 1782 году выпустил указ об уничтожении винокуренных заводов в городах), создал дворянское депутатское собрание, открыл Народное училище и городскую больницу (1785), ввел уличное освещение (1786), утвердил план регулярной планировки города, организовал работу Воронежской городской думы. Способствовал постройке дома казенной палаты и архиерейского подворья по проекту Дж. Кваренги, укреплению Чернавской дамбы (1786), учредил в Воронеже три дополнительные купеческие ярмарки (1786). Кроме вышеперечисленного, для нас имеет значение, что он переводил и писал пьесы и сам ставил их, даже в военной крепости. По крайней мере, Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона (т.76) представляет его, прежде всего, в качестве писателя. Кроме «Кафейного дома», о котором упомянуто выше, в 1787 году он написал «Обряд при Высочайшем шествии Императрицы Екатерины через Харьковское наместничество», изданный в сборнике П.И. Бартенева «Осьмнадцатый век». «Высочайшее шествие» организовал в том году Светлейший Князь Г.А. Потемкин с целью показать Императрице присоединенные к России им и его сподвижниками земли — Новороссию, Крым, Кубань.

Сохранилось несколько источников, в которых указаны дата и роль В.А. Черткова в появлении театра в Воронеже. Вполне заслуживает доверия информация о театре известного российского ученого, одного из патриархов православной церкви в начале XIX века Евфимия Болховитинова.

В конце 1790-х он был префектом Воронежской Духовной семинарии. В 1800 году в типографии губернского правления, как подведение итогов его деятельности в нашем крае, была напечатана книга «Историческое, географическое и економическое описание Воронежской губернии» (орфография подлинника). В ней, в частности, есть такое свидетельство: «В числе «градских публичных зданий» отмечается Наместнический дом 2-этажный, строенный в 1785 году. В нем доныне находился театр. Но сего 1799 года указом Правительствующего Сената велено оный дом продать с публичного торгу». И далее, уже в другом месте, на странице 80:

«7) Театр. Он заведен сперва в 1787 и возобновлен в 1792 году из общества благородных. Но ныне играют на нем кроме того и публичные актеры».

Фраза «ныне играют на нем и публичные актеры» имеет в виду 1799 год. В начале 1800-го Евфимий Болховитинов покинул Воронеж и уехал в Петербург. Едва ли автор мог ошибиться в датировке начала представлений, потому что он был страстным любителем театра, пристрастившись к нему еще в молодые годы во время учебы в Москве.

Еще одно дошедшее до нас свидетельство о дате появления театра. Это «Воспоминания старожила о Воронежском театре». Они начали публиковаться в № 48 в «Воронежских губернских ведомостях на 1849 г.» и продолжались в номерах 1850 года: «Существование Воронежского театра началось с 1787 года; устройством своим он обязан бывшему Воронежскому Наместнику Василию Алексеевичу Черткову. По древности своего учреждения и по успехам, с которыми исполнялись на нем самые трудные пьесы, театр наш может стать наряду с первоклассными провинциальными театрами. В театре все было устроено, как следует: сцена, в два яруса ложи, партер и парадиз. Здесь давались спектакли детьми Наместника и особами высшего круга тогдашнего воронежского общества. Вход в театр был бесплатный: лучшая публика приглашаема была на каждое представление по билетам, а парадиз наполнялся чиновниками разных присутственных мест с целью познакомить недостаточный класс с понятиями о драматическом искусстве».

Так что вполне естественно, что театр при доме наместника появился не тотчас же, как в Калуге, а спустя пять лет после назначения наместника на должность. Там генерал-губернатор приспособил амбар купца, а здесь был выстроен именно ТЕАТР, как следует из воспоминаний «Старожила». Вполне естественно также для человека государственного мышления, что он начал свою деятельность на новом поприще с существенной реорганизации жизни города по новым, цивилизованным образцам, а именно: сделал уличное освещение, открыл народное училище и больницу, а потом уже и театр. К тому же строительство именно театра требовало времени. И еще одно обстоятельство, которое стоит пояснить: упоминание о том, что «вход в театр был бесплатный» и имел доступ к нему так называемый «недостаточный класс». Кто это такие? Это мелкие чиновники, такие, как Акакий Акакиевич Башмачкин Н.В. Гоголя или Макар Девушкин Ф.М. Достоевского. Есть свидетельства о том, что театр могли посещать даже семинаристы. Так что для города численностью менее 11 тысяч человек театр был фактически общедоступным.

Свидетельство «Старожила» о том, что в театре Черткова «с успехом исполнялись самые трудные пьесы», позволяет предположить, что могли иметь место представления не только драматические, но и оперные и балетные. У В.А. Черткова было 11 детей. У гражданского губернатора И.А. Потапова — шестеро. В сумме семнадцать! Некоторые дети были в возрасте за 20 лет и могли иметь и хороший голос, и склонность к актерству. В.А. Чертков мог пригласить для их совершенствования хороших учителей. Ведь в те времена обучение и воспитание дворянских детей было домашним. Надо иметь в виду также и то, что В.А. Чертков получил столичное воспитание, молодым бывал на балах во дворце Императрицы… Было в то время в порядке вещей, как уже ранее упоминалось, устраивать бальные вечера в богатых домах и в провинции. Губернаторские балы — обычное явление в те годы. А это значит, что были и музыканты, и был оркестр.

Итак из совокупности фактов, приведенных выше, следует, что если генерал-поручик Василий Чертков имел желание и нашел возможность поставить спектакль в военной крепости (едва ли актеров из Москвы выписывал!), находясь на театре военных действий, став Воронежским наместником, то есть хозяином целой губернии, он имел все возможности организовать театральные действа наилучшим по тем временам образом. К этому подвигал его и опыт других наместников: Н.М. Кречетникова в Калуге, Г.Р. Державина в соседнем Тамбове. Только, в отличие от них, его не устраивали ни приспособленный для театральных целей амбар (Калуга), ни большая зала в наместническом доме (Тамбов). Поэтому в Воронеже появился именно ТЕАТР! Есть вероятность, что в этом отношении Воронеж стал пионером в российской провинции.

Обратимся еще раз к свидетельству «Старожила»: «С упразднением Наместников дом и театр остались пусты. Дом, как не способный по ветхости для жилья, был продан со всеми надворными строениями, но театр остался неприкосновенным». Из текста однозначно следует, что театр был не «в доме», а «при доме». Об этом говорит и такое обстоятельство: наместничий дом был построен в 1785 году, а театр появился в 1787 году. Вероятно, это была пристройка к дому, то есть автономное самостоятельное строение, которое, возможно, соединялось с домом крытой галереей. Как мы увидим, оно вполне достойно функционировало по назначению и в XIX веке. По этой причине мы, воронежцы, можем гордиться тем, что стали практически первым театральным городом российской провинции во всех отношениях еще в XVIII веке! И этим мы обязаны только Василию Алексеевич Черткову!

Многие представители старинного русского дворянского рода Чертковых, ведущие родословную с середины XVI века, стали известны своей общественной и культурной деятельностью в России как в девятнадцатом, так и в двадцатом веке. Иван Дмитриевич Чертков был первым председателем Сбербанка России, основанного Николаем I в 1841 году. Николай Дмитриевич Чертков основал Воронежский кадетский корпус. Владимир Григорьевич Чертков — известный общественный деятель, личный секретарь Льва Толстого, глава толстовского движения. Правнук Василия Алексеевича генерал-майор Михаил Иванович Чертков с 1861-го по 1864-й был воронежским губернатором. В годы его правления пьесы А.Н. Островского на воронежской сцене пользовались особой популярностью воронеж­ской публики. Сегодня представители рода Чертковых проживают в Канаде и время от времени наведываются и в наши края.

Под стать наместнику (генерал-губернатору) В.А. Черткову был и граждан­ский губернатор И.А. Потапов (1722–1791). Генерал-поручик Иван Алексеевич Потапов был воронежским гражданским губернатором 16 лет — с 1775 по 1791-й, то есть и во время наместничества В.А. Черткова (1782–1793). В интеллектуальном отношении это был, как и наместник В.А. Чертков, передовой человек своего времени. Будучи гражданским губернатором, он отвечал в целом за обустройство города, был главой местных учреждений, попечителем учебных заведений и Приказа общественного призрения. Гражданский губернатор И.А. Потапов оставил заметный след в культуре нашего края. На Большой Дворянской для него был построен дом в три этажа, похожий на дворец в стиле барокко. Сегодня в этом дворце размещается художественный музей имени И.Н. Крамского. В 1777 году на месте своей барской усадьбы он основал в Землянском уезде село Семидубравное (Потаповка). В усадьбе находилась большая библиотека, которая накапливалась и сохранялась потомками. Книги из этого родового имения сегодня есть в Научной библиотеке ВГУ. В отделе редких книг имеется каталог с названием «владельческие библиотеки». В одном из них находится раздел «из библиотеки Потаповых». До нас дошло не более двадцати названий. Сохранились книги, изданные при жизни И.А. Потапова, в 1770-е — 1780-е годы: сочинения Ксенофонта, Мабли, Иосифа Флавия… И среди них конволют, в котором первое издание пьесы Дениса Фон-Визина (так в ту пору писалась эта немецкая фамилия) «Недоросль» (1783). В пьесе есть перечеркнутые карандашом абзацы, что наверняка говорит о ее постановке на сцене «благородного театра» в Воронеже в конце 1780-х. Анализ зачеркнутых страниц говорит о том, что были опущены для представления рассуждения о нравах дворян и их отношении к службе при дворе. Это явное свидетельство того, что самоцензура существовала во все времена. Просвещенные люди в Воронеже были и в то давнее екатерининское время!

Лицедейство — природное человеческое качество. И нет ничего удивительного, в том, что «благородные любители», из разряда дворянского сословия, разыгрывали театральные действа у себя в городских домах или в сельских имениях для себя и близкого круга приятелей. Тут кстати привести факт существования крепостного театра в имении графа Александра Романовича Воронцова в селе Алабухи Борисоглебского уезда Тамбовской губернии. Ныне это село Большие Алабухи в Грибановском районе Воронежской области.

Театр А.Р. Воронцова возник в 1792 году и существенно отличался от большинства крепостных театров того времени, прежде всего, более демократической постановкой всего дела. Граф построил школу для будущих музыкантов и актеров, в которой учились крепостные мальчики и девочки. В этой школе, кроме специальных предметов для обучения профессиям, преподавали и общеобразовательные. В репертуаре театра преобладали пьесы русских драматургов, в том числе запрещенные цензурой, — комедии И.А. Крылова «Проказники» и М.М. Веревкина «Точь-в-точь». Сатирические пьесы, высмеивающие «скотское злонравие дворян», играли крепостные актеры, что еще более усиливало социальный эффект таких представлений. Зрителями при этом были не только соседние дворяне-помещики, но и дворовые люди и местные крестьяне. Театр имел оркестр в 38 человек, хор из 12 женщин, 6 девочек и 6 мальчиков, 13 танцовщиц и около 20 драматических актеров и актрис. Такая вызывающая демократичность породила реакцию соседних помещиков, и в Петербург посыпались доносы и жалобы на «вольнодумство» владельца театра. В результате после этого граф вынужден был покинуть Алабухи и переехать вместе с театром в имение во Владимирской губернии. И еще интересный факт: по духовному завещанию А.Р. Воронцов приказал после его смерти отпустить крепостных актеров и актрис на волю, дать им деньги, пенсию, подарить его одежду. Яркий след в российской культуре оставило семейство Воронцовых. Родная сестра графа княгиня Екатерина Романовна Воронцова-Дашкова была директором Петербургской Академии наук и президентом Российской академии (так тогда назывались эти должности), много сделала для российского просвещения.

К сожалению, и в Екатерининский век, да и в XIX веке тоже, единичными были такие личности, которые заботились о народном просвещении, о крестьянах. Поэтому так долго тянулось крепостное право в Российской империи. А после его отмены императором Александром II в 1861 году многие крестьяне по причине абсолютной неграмотности во всех отношениях, касающихся необходимого общения с государством, восприняли свободу как несчастье. Вспомним реплику старого Фирса в «Вишневом саде» А.П. Чехова. Когда вечером господа и окружение отдыхают в беседке, раздается напугавший всех зловещий звук, Фирс вспоминает: «И перед несчастьем то же было…» На вопрос Гаева: «Перед каким несчастьем?» отвечает: «Да перед волей». Пьеса написана в 1904 году. А действие в ней происходит в конце 1890-х — в начале 1900-х.

В 2018 году в Воронеже была издана книга «Из сумрака времен… Воронеж­ский Кольцовский театр. История его рождения. 1787–2018». Факты, изложенные в ней, позволили перенести дату начала воронежского театра с 1802 года — в год 1787-й, то есть из девятнадцатого века в век восемнадцатый. Тогда как в течение всего ХХ века официально датой рождения Воронежского театра был 1802 год. Начавшись в 1787 году, театральные представления, если и прерывались, то по уважительным причинам и на короткие сроки. Театральная энциклопедия 1961 года утверждает: «В 1793 после смерти Черткова театр закрылся». Дальнейший отсчет существования театра ведется с 1802 года. Практически исключена история целого десятилетия. Период с 1793 по 1796 остается «темным» для исследователей. Должность наместника до марта 1796 года оставалась вакантной. Гражданские губернаторы были людьми пришлыми и долго не задерживались (И.А. Потапов скончался в 1791 году). Распоряжаться театром, находящимся при наместническом доме, вероятно, было некому. Фактическим хозяином губернии с 1793 по 1797, как пишет историк А.Н. Акиньшин в книге «Воронежские губернаторы и вице-губернаторы», был вице-губернатор Александр Борисович Сонцов.

Личность весьма интересная. Происходил он из древнего дворянского рода, восходящего своими корнями к легендарному Рюрику. В Воронеж был назначен на должность губернского прокурора в 1782 году, когда во главе наместничества оказался В.А. Чертков. По всей видимости, он получил хорошее образование. Е. Болховитинов характеризует его с лучшей стороны — «любителем и ободрителем наук». У него было пятеро детей. И не исключено, что сам А.Б. Сонцов и дети его в годы правления В.А. Черткова входили в состав «благородной» труппы.

В марте 1796 года указом Императрицы Воронежским и Харьковским Наместником был назначен генерал-поручик Андрей Яковлевич Леванидов. Он был женат на дочери В.А. Черткова. Вот что сообщает нам о его деятельности на театральном поприще «Старожил». «Зная вкус и привязанность воронежской публики к театральным зрелищам, новый Наместник сам пожелал поддержать эту потребность в жителях и возобновил сценические представления. Стараниями его произведена внутренняя перестройка театра, улучшена сцена и составлен превосходный гардероб, стоивший по-тогдашнему более 10.000 р. асс.». Это весьма большие деньги для того времени! Непредвиденные события помешали наместнику развить театр дальше.

В августе 1796 года умирает жена наместника. В ноябре умирает Екатерина II. Пришедший ей на смену Павел I упраздняет наместничества. После смерти Екатерины II в России объявили девятимесячный траур, который приходился на большую часть 1797 года. Спектакли и всякие зрелища в этот период были запрещены. Но вот наступает 1798 год. А.Б. Сонцов уже год как губернатор. В мае 1798 года в Воронеже учреждается губернская типография. Одной из первых набранных в ней в том году книг была драма «Опыт дружбы», на титульном листе которой значится: «Представлена в Воронеже на благородном театре 1798 года». Книга эта сохранилась и в мае 2018 года была на выставке, посвященной театру, в Воронежском областном литературном музее имени И.С. Никитина. Итак, неопровержимый документ утверждает существование театра в 1798 году. К тому же в том году вице-губернатором был назначен князь Роман Иванович Ухтомский. Мемуаристы в своих воспоминаниях подчеркивают, что князь был руководителем всей труппы и вообще «знатоком в деле искусств». За подтверждением дальнейшего существования театра снова обратимся к труду Евфимия Болховитинова. В уже не раз цитируемой книге он пишет: «Театр… ныне играют на нем кроме того и публичные актеры». Речь идет уже о 1799 годе.

Далее «Старожил» повествует: «В 180* году, при губернаторе Пушкине, прибыл в Воронеж бывший прежде на московской сцене, превосходный комический актер Петров с женою и небольшою труппою странствующих актеров. Заезжие гости открыли, наконец, театральные представления, которых так давно желала публика и которые не могли иметь места по стечению различных обстоятельств». Известно, что губернатор Ф.А. Пушкин появился в Воронеже 17 ноября 1800 года. А уже 9 декабря того же года Е. Болховитинов пишет из Петербурга в Воронеж своему приятелю помещику В.И. Македонцу: «Видимо, новый ваш губернатор весельчак, что театром занимается. Ныне времена не для театров, а лишь бы в должности быть исправным».

Дело в том, что действительный статский советник Ф.А. Пушкин прибыл в Воронеж из Калуги, где он до этого был вице-губернатором. А Калуга, благодаря наместнику генералу Н.М. Кречетникову, к тому времени уже имела почти четвертьвековой опыт театральных представлений. Так что Ф.А. Пушкин был вполне театральный человек. Вероятно даже, что именно он отвечал в Калуге за благополучное существование театра. И, обнаружив в Воронеже пустующий театр, он, естественно, сделал тотчас же все возможное, чтобы возобновить в нем представления. Звездочка вместо обозначения года, по всей вероятности, означает следующее. За давностью лет «Старожил» запамятовал: то ли это появление имело место в декабре 1800 года (Болховитинов отвечает на письмо из Воронежа в декабре), то ли в январе 1801 года. То есть событие произошло на стыке двух годов. Поэтому автор сообщения, сомневаясь, не стал безответственно обозначать год. Наконец, почему «времена не для театров»? Потому что после смерти Екатерины II, с ноября 1796 по март 1801 года, было время Павла I, который ввел жесткую цензуру на все общественные институты, включая театр. В те годы некоторые владельцы вынуждены были закрыть театры и отпустить артистов на волю. Так появились «странствующие» актеры. Павел I ограничивал также губерниям статьи расходования финансов. Но, видимо, привыкшего к театральным представлениям в Калуге губернатора Ф.А. Пушкина строгости императора не остановили, и, вероятно, именно он и пригласил из Москвы труппу Петрова. А чтобы покрыть расходы на ее содержание, сделал театр «публичным», куда теперь мог прийти горожанин любого сословия, заплатив за вход. В первый вечер, как утверждает «Старожил», была представлена комическая опера А.О. Аблесимова «Мельник — колдун, обманщик и сват». «С этого времени, — повествует «Старожил», — продолжались представления в театре, но, по ограниченности числа актеров, давали только комедии, легонькие драмы и оперы».

Итак, наш театр, начавшись в 1787 году, продолжаясь с небольшими перерывами, вошел в ХIХ век. Чем более времени отделяет нас от события, тем ценнее любое свидетельство современника об этом. Одним из современников интересующей нас истории был Ф.Ф. Вигель. В оставленных им «Записках» сосредоточен огромный материал по истории русской культуры и быта первых трех десятилетий ХIХ века. Среди множества приводимых им фактов есть непосредственно касающиеся нашей темы.

Все писавшие о начале театра в Воронеже обязательно ссылаются на яркую фразу в «Записках» Ф.Ф. Вигеля: «Изо всех русских городов в одном только Воронеже была тогда вольная труппа, составившаяся из охотников и отпущенных на волю крепостных актеров». Автор проездом из Киева в Пензу посетил Воронеж и был в театре в самом начале февраля 1802-го.

В свидетельстве Ф.Ф. Вигеля нас интересует замечание о составе труппы — «из охотников и отпущенных на волю крепостных актеров». «Старожил» в своих воспоминаниях дает характеристику членам труппы московского «комического актера Петрова» из 10 человек. Среди них только четверо, включая Петрова с женою, были актеры. Остальные шестеро чистые «охотники»: три чиновника, некто из купеческого звания, девица, уволенная из воспитательного дома, жена чиновника. При таком количестве и составе едва ли можно было ожидать театральных чудес.

В июле 1802 года вице-губернатором в Воронеж назначается Лука Семенович Кологривов, который в свое время сменил в роли вице-губернатора Федора Пушкина в той же Калуге. И Федор Пушкин весьма благоразумно передает в его руки заботу о театре. Была организована дирекция театра во главе с вице-губернатором. «Старожил» в своих воспоминаниях поясняет: «Желая удовлетворить требованию образованной публики, дирекция выписала знаменитого в то время актера Бобровского, имевшего диплом на звание содержателя театра. Был произведен ремонт старого помещения театра (выделено мной. — Н.Т.) и приглашены в труппу талантливые актеры. Бобровскому помогал ставить спектакли местный драматург А.М. Элин, автор пьес, поставленных не только в Воронеже, но и в Москве. Усилиями энтузиастов — вице-губернатора Кологривова, актера Бобровского и драматурга Элина — воронежский публичный театр вскоре стал любимым местом досуга горожан всех сословий». Поражает воображение репертуар тех первых лет. Его приводит в своих воспоминаниях тот же «Старожил». Тридцать семь названий за один сезон! Среди них — трагедии Сумарокова, немецких и французских авторов, мещанские драмы, комические оперы, социальная сатира — «Мещанин во дворянстве» Мольера и «Школа злословия» Шеридана.

«Театр той поры, — пишет «Старожил», — много способствовал исправлению нравов, облагораживанию чувств и просвещению. Это было окно в другой мир». О каком периоде идет речь? Ф.А. Пушкин покинул Воронеж в 1805 году, Л.С. Кологривов в 1810-м. С 1805 по 1811 губернатором был уже известный нам по прошлому веку весьма просвещенный деятель А.Б. Сонцов. Так что публичный театр мог радовать воронежцев в период с 1801 по 1811 год. Понятно, что Отечественная война 1812 года повернула жизнь города в другое русло. Приходило в ветхость и построенное еще в 1787 году театральное помещение. А что же было с театральными представлениями?

На этот вопрос отчасти дает ответ статья «Воронежский театр» в журнале «Репертуар русского театра на 1840 год, том 2, книга VII, издаваемом И. Песоцким в типографии А.А. Плюшара в Санкт-Петербурге». Ее автор учитель Воронежской гимназии И. Дацков. В ней, в частности, он сообщает: «В начале нынешнего столетия воронежский театр стараниями одного просвещенного любителя получил лучшее и полнейшее устройство. Впрочем, театр до 20-х годов не имел определенного места, а представления давались в разные годы в различных частях города. Но с сего времени последовали еще большие улучшения воронежского театра. Для театра было избрано место — центр города. Дом нарочно выстроили для этой цели. Содержание труппы приняли на себя сначала Калиновский, а потом актер из труппы Калиновского — Соколов. Оба люди умные, управители прекрасные. Под их управлением театр находился в наилучшем состоянии — как по удачному выбору пьес, так и по самим талантам участников-актеров. Даже существовал балет, который мог угождать самому прихотливому вкусу». Что можно извлечь из этого текста? Первое, и самое главное, что представления в Воронеже не прекращались и после того, как пришел в ветхость театр В.А. Черткова.

Итак, до 1820-х годов «представления давались». А в начале 1820-х в центре города, на Большой Дворянской, ныне это проспект Революции, 55, было построено новое театральное здание. Не исключено, что значительную роль в появлении стационарного здания сыграл Петр Александрович Сонцов (1785–1850), сын уже упоминавшегося выше «ободрителя наук» губернатора А.Б. Сонцова. Он был женат на внучке наместника В.А. Черткова. В 1815–1816, 1817–1820 служил в должности вице-губернатора, а в 1820–1824 был гражданским губернатором Воронежа. Так что стационарное театральное здание в центре города появилось как раз в то время, когда сей достойный муж находился на этих ответственных должностях.

Понятно, что театр, как всякий живой и творческий организм, переживал периоды упадка и подъема. Он зависел, как и сегодня, от отношения к нему первых лиц губернии, от того, кто руководил, набирал труппу, какие антрепризы предлагали себя городу, какие ведущие актеры столичных театров здесь появлялись на летних гастролях и т.д. Но в заключение темы о том, что воронежский театр существовал непрерывно и в некоторые периоды был весьма успешен, есть интересное свидетельство, выделяющее воронежский театр среди прочих провинциальных театров России в конце 1820-х годов.

Проправительственная газета «Северная пчела», издаваемая в Санкт-Петербурге под редакцией Фаддея Булгарина, в номере 23 за 1829 год дает статистику российских театров. «В Империи Российской находятся ныне 23 Театра, а именно: 13 Русских, 5 Немецких,2 Французские, 2 Итальянские и 1 Польский» (сохранена орфография подлинника). А далее идет таблица с перечислением театральных городов и количества театров в них. Воронеж стоит сразу за Санкт-Петербургом и Москвой, а далее все прочие — Казань, Калуга, Киев… Кстати, ни Ярославля, ни Тамбова нет в этом списке существующих в то время театров. И далее: «В Воронеже, четыре раза в неделю, играют большие Оперы, Трагедии, Драмы и Комедии. Начало в 71/2 часов. Воронежский театр находится под управлением Г. Соколова». В то же время: в Калуге — два раза (комедии и небольшие оперы), в Казани — дважды в неделю, в Одессе — три раза в неделю.

Есть свидетельства, что уже в конце 1820-х годов на воронежской сцене играли актеры, способные вдохновить чувствительную натуру на возвышенные стихи. В 1829 году в Воронежском благородном пансионе учился Николай Владимирович Станкевич — в будущем известный общественный деятель, философ и поэт. Непременный посетитель театральных представлений, он был очарован игрой юной актрисы Любови Остряковой и даже посвятил ей стихотворение «На игру госпожи Остряковой». Видимо, неплохой был вкус у шестнадцатилетнего автора, ведь через несколько лет г-жа Острякова стала знаменитой на всю Россию. В истории русского провинциального театра первой половины XIX века она известна как Любовь Ивановна Млотковская, самая талантливая исполнительница роли Офелии в российской провинции. О ней написаны воспоминания и книги. Ей посвящал стихи и Алексей Кольцов, страстно любивший театр.

Знаменитый Лев Гурыч Синичкин, главный персонаж популярного водевиля Д.Т. Ленского тех лет, стремясь возвысить талант своей Лизаньки, сравнивает его с талантом Млотковской. В начале тридцатых годов она вернулась в родной Курск, вышла замуж за известного антрепренера Людвига Млотковского, снова появилась на воронежской сцене в конце тридцатых годов уже зрелой актрисой и снова была любимицей публики. Ее муж в те годы содержал два театра — в Кур­ске и в Воронеже.

Не всегда театр удовлетворял уже развитым к сороковым годам театральным запросам. В феврале 1840 года Алексей Кольцов писал Виссариону Белинскому в Москву: «Театр у нас есть, да такой гадкой, что тошно в нем быть: мужчины бесталанные, а женщины и безобразные. Играют все одни и те же трагедии, драмы, комедии, водевили, оперы, мелодрамы, балеты и всякие другие вещи. «Ревизоры» свои и «Гамлеты» никакие, а сборы идут хорошие».

Но как оживлялся театр, а вместе с ним и город, когда здесь появлялся большой талант. А в силу удачного географического расположения Воронежа — на путях с Севера на Юг (Санкт-Петербург — Кавказ) и с Запада на Восток (Киев — Урал) — почти все корифеи Малого театра в Москве и Александринского в Петербурге в своих поездках по провинции с удовольствием выступали на воронежской сцене и имели такой же восторженный прием, как и в столицах, а то еще и больший.

Впервые воронежский зритель имел счастье видеть великого артиста в 1837 году. Это был Михаил Семенович Щепкин, к тому времени актер Императорского Малого театра, бывший крепостной помещика Обоянского уезда Курской губернии. Он приехал в Воронеж в сопровождении двух дочерей — Александры и Фанни. Обе они были актрисами. Бывший в то время в Воронеже В.Г. Белинский так описывает свою встречу с актером в письме К. Аксакову: «В Воронеже я встретился с М.С. Щепкиным. Чудный человек! Как понимает он искусство, как горяча душа его — истинный художник и художник нашего времени. Вечером пошли мы в театр, дочь его играла очень мило, была принята воронежскою публикой с восторгом; через день объявлен был «Ревизор», и мы с сожалением выехали из Воронежа». Выходивший в северной столице журнал «Репертуар русского театра» в том же году опубликовал заметки учителя Воронежской гимназии И. Дацкова о великих гастролерах в Воронеже. Вспоминая гастроли М.С. Щепкина в 1837 году, он пишет: «В продолжение почти целого мая месяца он участвовал во всех представлениях и пробудил в жителях усыпленное эстетическое чувство».

А финал такой: «После отъезда Щепкина публика не могла уже равнодушно смотреть на гаерство актеров нашего театра, что и было причиною решительного его падения». К этому-то периоду «его падения» и относится, видимо, описание положения в театре в письме Кольцова Белинскому в феврале 1840 года. Но вот уже в конце апреля того же года в Воронеже появляется великий трагик Малого театра Павел Степанович Мочалов. Здесь он играл с 28 апреля по 19 мая 1840 года. Среди его ролей тот же рецензент Дацков выделяет роль Фердинанда в драме Шиллера «Коварство и любовь» и роль Гамлета, сыгранную в бенефис, состоявшийся 10 мая. Мочалов-Гамлет «потрясал все нервы и силою своего таланта и истинного выражения ужасной муки и делался целью, к которой стремилось истинное сострадательное участие всех… Он здесь обнаружил во многих сценах силу истинного сценического гения».

Заметки И. Дацкова, обозревателя воронежской сцены весной 1840 года в журнале «Репертуар русского театра», заканчиваются сводкой о репертуаре воронежского театра с 21 апреля по 6 июня 1840 года. Интересно, что в ней указаны не только названия пьес, но нередко и исполнители главных ролей.

Интересно, что две недели спустя после отъезда Мочалова роль Гамлета на нашей сцене играл знаменитый актер XIX века Николай Хрисанфович Рыбаков, который был актером воронежской труппы в антрепризе Л.Ю. Млотковского. Тот же рецензент сравнивает игру двух актеров не в пользу последнего. Впрочем, поясняет: «Если бы не было на нашей сцене Мочалова, мы были бы и очень довольны игрою Рыбакова, но Мочалов избаловал наш вкус…». И далее о Рыбакове: «Сам по себе он все-таки прекрасный талант на провинциальной сцене. Можно залюбоваться его важною и благородною наружностью, звучным органом, и при всем этом редким знанием сцены, чем владеют весьма немногие». Любопытно, что, начиная с 1860-х годов, основное место в репертуаре Рыбакова заняли пьесы А.Н. Островского. И в том числе он играл роль Несчастливцева в «Лесе», где его герой произносит фразу: «Сам Николай Хрисанфыч Рыбаков смотрел!»

Воскрешать страницы истории воронежского театра — это значит также вспоминать имена тех славных людей, которые много способствовали его расцвету. Благо, история была благосклонна и оставила их имена в разные годы его более чем двухсотлетней истории. «Воронежские губернские ведомости» № 41 за 1849 год в разделе «Театральная летопись» поместили отчет о торжествах в театре такого содержания: «Спектакль 29 сентября останется надолго памятным для воронежской публики и займет почетную страницу в летописях нашего театра. Устроенный для прощания публики и артистов с учредителем здешнего театра спектакль доставил нам весьма приятное развлечение. Имя Николая Ивановича Тулинова переходило из уст в уста и еще долго будет жить в сердцах жителей Воронежа: его содействию город обязан устройством уютного, теплого театра. Он познакомил здешнюю публику с хорошими артистами и с хорошею обстановкою пьес. Ныне, при просвещенном покровительстве г-на Начальника губернии, театр наш находится на пути к совершенству, и будущность его уже не страшит ни публику, ни артистов».

Николай Иванович Тулинов (1810–1854) — действительный статский советник, камергер. Любитель искусства. Был известен в городе щедрой благотворительностью. На его средства в 1843 году было отремонтировано театральное здание, он материально поддерживал гастроли театральных трупп. Почетный попечитель Воронежской гимназии (1841–1844). Губернский предводитель дворянства (1844–1848). Содержатель Воронежского театра, арендатор или владелец театрального здания (1843–1847). Пожертвовал 16 000 рублей на постановку оперы А.Н. Верстовского «Вадим, или Пробуждение двенадцати спящих дев». На его средства поставлена опера того же автора «Аскольдова могила».

«Воронежские губернские ведомости» № 49 за 1849 год сообщали: «Несравненно удачнее всех спектаклей прошедшей недели были спектакли: «Муж в камине, а жена в гостях», «Титулярные советники в домашнем быту» и «Гамлет Сидорович и Офелия Кузьминишна». А в №51 тот же орган сообщал: «В воскресенье 27 ноября в театре нашем были даны две пиесы: «Студент, Артист, Хорист и Аферист» — оперетка в двух действиях и «Два мужа» — водевиль в одном действии. В антракте между обоими этими пиесами дан был концерт г-ном Фон-Малером, пианистом из Вены».

В апреле-мае 1850 года на Воронежском публичном театре снова праздник. Приехал Михаил Семенович Щепкин вместе со своим другом, великолепным комиком-буфф Малого театра Василием Игнатьевичем Живокини. «Воронежские губернские ведомости» сообщали: «Все эти представления — с 27 апреля по 26 мая — были исполнены театрального триумфа двух великих актеров. В воскресенье 7 мая дан был «Ревизор» Гоголя. Городничий — лучшее создание Щепкина. Другого гоголевского Городничего нет на русской сцене. В «Холостяке», оригинальной русской комедии Тургенева, Щепкин исполнил роль Мошкина. В игре Щепкина было так много искреннего чувства, что публика забыла, что видит перед собою актера. Роль чудака Шпундика занимал В.И. Живокини. В заключение г-н Щепкин прекрасно прочитал рассказ охотника из старинной комедии «Женихи», а г-жа Козодавлева и г-н Шван очень недурно исполнили испанский танец». Не меньший эффект в воронежской публике вызвало и исполнение Щепкиным роли Фамусова в «Горе от ума».

Рецензент П.В. Малыхин в «Воронежских губернских ведомостях» № 20 за 1850 год рассуждает: «Удовольствие, доставленное игрою г-на Щепкина, невыразимо: в нем не замечаешь актера, а видишь именно то самое лицо, которое он представляет, и забываешь, что все это происходит на сцене, а не среди общества, где так премудро действуют Фамусовы…» Отзыв этот имел последствия для воронежского начальства. Шеф жандармов Л. Дубельт направил воронежскому губернатору Николаю Андреевичу Лангелю, который весьма покровительствовал театру, предписание в весьма категоричном тоне: «…имею честь покорнейше просить Вас приказать означенную пьесу немедленно исключить из репертуара Воронежского театра, а с тем вместе не благоугодно ли будет Вам, м.г., сделать распоряжение, дабы… не было представлено пьес без предварительного разрешения оных цензурой III Отделения». Дело в том, что пьеса А.С. Грибоедова была строжайше запрещена к показу в провинции, хотя с успехом шла на сценах Императорских театров в обеих столицах.

 

2. Эпоха А.Н. Островского

 

К середине XIX века общественное развитие России вызревало в направлении большего национального самосознания и демократических свобод. И появление пьес А.Н. Островского, в которых появились русская речь, русские обычаи и проблемы, для той поры было явлением революционным в театральном искусстве. На русской сцене начинается период русского драматурга Островского. Имя его, в первую очередь, связано с Малым театром в Москве, во вторую — с Александринским в Петербурге. Но лишь тогда Островский стал истинно национальным драматургом, когда его признала своим и стала активно ставить русская провинция. И в этом плане роль Воронежского театра — совершенно особая. Комедией «Не в свои сани не садись» открылся театральный сезон 1856 года. Воронежский театр есть все основания назвать домом Островского в провинции или Вторым Домом Островского, потому что все пьесы этого автора, начиная с середины 50-х годов и в течение двух десятилетий, вслед за Малым театром тотчас же ставились на воронежской сцене.

12 мая 1856 года «Воронежские губернские ведомости» сообщали: «В скором времени на здешней сцене поставлена будет комедия Островского «В чужом пиру похмелье». Пиеса эта избрана г-жею Пронскою для своего бенефиса». Бенефис актрисы Пронской в комедии Островского состоялся 6 июля, что говорит и о тщательности подготовки. Рецензент рассуждает далее: «Пора б нам заменить старинные раздирающие драмы, с убийствами, кинжалами, отравлениями и прочим, более современными. Теперь же это легче, чем было прежде: стоит только вспомнить, сколько прекрасных пьес вышло в свет в нынешнем году…».

Одной из причин особой популярности пьес А.Н. Островского в Воронеже было присутствие в труппе горячего поклонника драматурга, большого приятеля по молодой редакции «Москвитянина» Ивана Васильевича Колюбакина. По воспоминаниям театрала тех лет А.А. Стаховича И.В. Колюбакин «был положительно много талантливее многих актеров Малого театра даже 60-х годов и имел все основания, чтобы быть на московской сцене преемником Садовского». Пров Михайлович Садовский в 30-е годы, кстати, играл на воронежской сцене. Тогда он еще не был актером Малого театра, положившим начало целой театральной династии Садовских, продолжающейся и ныне.

Весной 1860 года, уже тяжело больной, великий актер Александринского театра А.Е. Мартынов, чтобы поправить материальное положение, отправляется на гастроли по театральным городам России. В Москве к нему присоединяется его друг А.Н. Островский. Первым городом в этом маршруте был выбран Воронеж. В прелестный майский вечер 1860 года была представлена «Гроза» с участием великого Мартынова в роли Тихона.

«Никогда еще наш театр не оглашался такими рукоплесканиями и криком «браво», как в эти торжественные вечера», — радуется рецензент из Воронежа в «Театральном и музыкальном вестнике». Игра А.Е. Мартынова оценивается, как «гениальная». «Восемь дней в Воронеже при полных сборах были днями триумфа великого артиста и великого драматурга».

Удивительно быстро в те времена пьеса проходила путь от стола драматурга до сцены. «Гроза» была закончена автором в конце октября 1859 года, в ноябре поставлена в Малом театре, в декабре в Александринском, а еще через пять месяцев и в провинциальном Воронеже. Пребывание здесь двух именитых гостей стало праздником неспроста. Губернатор граф Дмитрий Толстой, он же главный директор театра, во время одного из приемов заявил автору, что знает его пьесы наизусть, кроме них ничего не может смотреть и подсказывает актерам, когда те соврут. Вот лишнее подтверждение роли личности в истории, в данном случае — в истории воронежского театра. Не то в Одессе. Генерал-губернатор А.Г. Строганов в ответ на ходатайство о постановке «Грозы» с участием Мартынова начертал: «Невзирая на цензуру III Отделения, не дозволить представление «Грозы», не токмо не благопристойной, но даже похабной».

В мае 1862 года на воронежской сцене играл замечательный актер Малого театра Сергей Васильевич Шумский. «Воронежские губернские ведомости» писали, что его игра подарила воронежцам «несколько часов истинно художественных наслаждений».

Шестидесятые годы XIX столетия на воронежской сцене — это годы триумфа пьес Островского. Так в сезоне 1863–1864 годов театр имел в репертуаре 10 пьес великого драматурга. Корреспондент журнала «Русская сцена» писал тогда: «Произведения Островского по исполнению идут в Воронеже лучше других. Мы заметили особую симпатию к ним со стороны актеров».

В крупных городах при театрах по решению губернаторов учреждались дирекции. Назначались директора, не менее трех, из лиц, любящих театр, или желающих угодить губернатору. В связи с Воронежем об этом вспоминает известный антрепренер XIX века П.М. Медведев: «В Воронеже несколько лет директором был полицмейстер Коленьи. Это был редкий фрукт. Им представлялся губернатору ежедневный рапорт о труппе: кто?.. с кем?.. смирны ли? какой дух? и проч. Бывали случаи, что виновные в нанесении грубостей фаворитке были немедленно увольняемы. Прибегали и к исправительным карам. Так актера, оказавшего неповиновение начальству, приказано было на восемь часов отправить в пожарную каланчу и заставить его ходить кругом совместно с пожарным. Зрелище необычайное. Чуть не весь город собрался смотреть, как Гамлет дежурит на пожарной каланче. Служба в дирекциях считалась почетной и выгодной. В общем, надо правду сказать, тогдашние административные власти оказывали полное содействие театру».

 

3. Время великих гастролеров

 

В 1863 году Воронеж посетил знаменитый трагик африканского происхождения Айра Олдридж. Он особенно прославился исполнением ролей Отелло и Короля Лира. Публика неистовствовала на его спектаклях.

В 1870-е годы общественный подъем, вызванный реформами Александра II, сменяется утомлением, а после покушения на царя в 1866 году ужесточилась цензура. В 1870–1880-е годы Зимний театр находился в частных руках и был не в лучшей форме. Театральную жизнь Воронежа последних десятилетий XIX века оживляли гастроли великих актеров Малого театра и Александринского из Санкт-Петербурга. Впрочем, и провинция готовила для столиц отличных артистов. На воронежской сцене успешно выступал Владимир Николаевич Давыдов — один из ведущих артистов Александринского театра и один из первых, уже в Советской России, получивший в 1922 году почетное звание народного артиста Республики. Вспоминая воронежский сезон в своей книге «Рассказ о прошлом», он пишет: «Воронежская публика в своих вкусах была единодушна. Все требовали веселых пьес и жутких душещипательных мелодрам. Поэтому Лаухин (содержатель театра. — Н.Т.) строил репертуар на оперетке, водевиле и мелодраме. Серьезный репертуар почти отсутствовал. Критика бранила репертуар, указывая на то, что театр превращен в балаган, а публика всех возрастов и сословий валила на оперетку и совершенно игнорировала театр, когда давали «Грозу» или «Марию Стюарт». И все же он был причислен к восьмерке лучших в провинции в те 70-е годы, наряду с Киевским, Харьковским, Одесским, Тифлисским, Ростовским, Саратовским и Казанским».

В том же 1873 году в Воронеже выступал знаменитый в ту пору Мариус Мариусович Петипа, сын великого балетмейстера. По свидетельству рецензентов, он был «обольстительно хорош и произвел сильное впечатление в женском населении нашего города». Приметной фигурой в театральной жизни города в ту пору был Виктор Антонович Дьяченко. В те годы его называли «хозяином русской сцены», ведь по числу ставившихся в России пьес он соперничал с Островским. А воронежские театралы чуть не каждый вечер могли видеть его в своем театре, где также с успехом шли его сочинения. Самая известная его пьеса «Гувернер» в течение полувека шла на столичных сценах. В 1894 году ее ставил в Обществе литературы и искусства К.С. Станиславский и играл в ней главную роль.

В.Н. Давыдов провел в Воронеже сезоны 1875–1876 гг. и весенний сезон 1877 года. При этом он так полюбился воронежскому зрителю, что пользовался правом выбора любых ролей и пьес.

В семидесятые годы на нашей сцене, порой параллельно с В.Н. Давыдовым, блистал «юный смуглый красавец, в которого были влюблены все воронежские девицы», — Василий Пантелеймонович Далматов. Пройдя хорошую воронежскую школу, он потом много лет играл в Москве и на Александринской сцене в Петербурге. Он был актер редких качеств, обладал высокой культурой и широким творческим диапазоном, сам писал пьесы, фельетоны, повести и рассказы.

Весной 1877 года Давыдов, Далматов и еще несколько талантливых актеров, в том числе приглашенная из Москвы известная опереточная примадонна Цецилия Райчева, создали в Воронеже «Творческое товарищество». Они взяли в свои руки всю творческую часть дела. Каждый спектакль состоял из двух пьес. Сначала драма или комедия, а на второе подавали оперетку. Кстати, в Воронеже Давыдов впервые сыграл главную роль Расплюева в «Свадьбе Кречинского», с которой не расставался всю жизнь, и эта роль была одной из вершин в его классическом репертуаре.

Опереточная дива Цецилия Райчева была частым партнером Владимира Николаевича Давыдова по сцене. В своих мемуарах он вспоминал о ней с теплотой: «Она впервые явилась, кажется, «Прекрасной Еленой» и произвела очень приятное впечатление. Во всех оперетках она была моей партнершей, и играть с нею было большим наслаждением. Пение она всегда сопровождала танцевальным движением, иногда самостоятельно танцевала какой-либо танец, причем очень любила канкан, который у нее выходил очень изящно. Излюбленной опереткой воронежцев был «Запрещенный плод», в которой Райчева играла Памелу, а я Помарэ. Она шла при бесконечных взрывах аплодисментов». Если иметь в виду, что оперетта Жака Оффенбаха «Прекрасная Елена» была создана автором десять с небольшим лет назад, то есть в середине 1860-х, то из этого следует, что провинциальный Воронеж середины 1870-х был и в самом деле весьма театральным российским городом.

В летнем сезоне 1878 года событием театральной жизни города стали гастроли великой русской артистки, актрисы Малого театра Гликерии Федотовой. Она выступала в тринадцати пьесах, имела колоссальный успех, исполнив роль Катерины в «Грозе», Лидии Чебоксаровой в «Бешеных деньгах» и Юлии Тугиной в «Последней жертве» А.Н. Островского. Успех ей столь запомнился, что она посещает Воронеж с гастролями снова в 1880 году, а потом в 1895-м.

Гастроли великих актеров в Воронеже перемежались, между тем, театральными причудами собственного изобретения. Так актриса Любская, которая выступала обычно в паре с Далматовым, решила сыграть в свой бенефис роль… Гамлета. Интересно, что в ту пору в воронежской труппе служил актером под псевдонимом Соллогуб молодой В.А. Гиляровский, позже известный московский писатель и журналист-москвовед. Ему приписывают едкую эпиграмму, которая распространилась в обществе в связи с бенефисом актрисы Любской:

Чтоб сделать чистому искусству

Совсем ненужную уступку,

В противность вкусу, смыслу, чувству —

Гамлет оделся в бабью юбку.

В.А. Гиляровский оставил немало ценных свидетельств о том времени, связанных с Воронежем театральным. Сквозь нелестное и критическое в них проглядывается и весьма высокая оценка репертуара и вкуса. Чтобы заинтересовать «избалованную воронежскую публику», перевидавшую чуть ли не всех знаменитостей, «нужны были уж очень крупные имена или какие-нибудь фортели…». Вот таким «фортелем» и стал «Гамлет в бабьей юбке».

Впрочем, на воронежской сцене не впервой было представлять актрисам мужские роли. «Воронежские губернские ведомости» за 8 сентября 1862 года сообщали о бенефисе артистки Вильде в драме «Графиня Шеврез» 31 августа: «Г-жа Шмидгоф 1-я сыграла роль аббата де Гонди. Нам уже несколько раз приходилось видеть г-жу Шмидгоф 1-ю в мужских ролях, которые она выполняет хорошо. Как г-жа Шмидгоф 1-я неестественна, жеманна и вяла в женских ролях, точно так же она жива, проста и натуральна в мужских»…

В летнем сезоне 1879 года в Воронеж приезжает молодая, но уже популярная на сцене Малого театра Мария Николаевна Ермолова. Ее сопровождал красавец Малого театра, один из ведущих актеров тех лет Осип Андреевич Правдин. Мария Ермолова первая получила высокое звание Народная артистка Республики в 1920 го­ду, при его учреждении. А в 1924-м стала первой женщиной, которой присвоили самое высокое почетное звание Герой Труда.

Они выступали вместе с актерами нашего театра, и как раз в это время вместе с ними выступал и В.А. Гиляров­ский. Он оставил об этом яркие воспоминания. М.Н. Ермолова в так называемых дивертисментах читала стихи. Каждое прочитанное стихотворение вызывало бурные овации молодежи. «Она, — писал Гиляровский, — удивлялась, что глухая провинция, Воронеж, моложе Москвы, так живо воспринимает поэзию, и вдохновенно читала в дивертисментах то же, что читала на московских студенческих вечеринках. На афишах помещают: чтение из сборника «Живая струна», а читался Плещеев, Некрасов, Пальмин…» Через 11 лет, в 1890 году, Ермолова еще раз навестила наш город с гастролями. Уже в полном расцвете таланта и мастерства, она играла здесь свои прославленные роли: Катерину в «Грозе», Марию Стюарт в одноименной пьесе Шиллера, Иоанну в «Орлеанской деве». Сыграла она и Татьяну Репину в одноименной драме А.С. Суворина. Выступления любимой артистки сопровождались овацией и бесчисленными букетами полевых цветов и венков.

Начиная с 1880-х годов, в Воронеже много раз выступала великая украинская артистка, народная артистка УССР (1922) Мария Заньковецкая. Вообще приезд сюда украинских трупп был традиционным и продолжался вплоть до 70-х годов ХХ столетия.

Бывал в Воронеже знаменитый В.Н. Андреев-Бурлак. Его коронные роли — Аркашка в «Лесе» Островского и Расплюев в «Свадьбе Кречинского» Сухово-Кобылина. Выступали известные актеры, прославившиеся на провинциальной сцене: П.А. Стрепетова, М.Т. Иванов — Козельский, Н.П. Рощин-Инсаров, братья Адельгейм. Н.П. Россов, имевший славу «Дон-Кихота русского театра», родился в Воронеже и вступил на театральное поприще под воздействием увиденного на этой сцене.

Известный актер, антрепренер и педагог Н.Н. Синельников в 1886 году организовал в Воронеже «Актерское товарищество». Он легко и изящно играл в опереттах и драмах.

Интересное событие в культурной жизни города произошло в 1882-м году. В Воронеже появился знаменитый итальянский цирковой антрепренер Максимилиано Труцци. Он в короткие сроки на собственные деньги выстроил первое в городе стационарное здание, в котором можно было давать цирковые представления круглый год. До 1880-х годов бродячие цирковые труппы давали представления либо в летнем цирке-шапито, а в зимнее время нередко и в Зимнем театре. Цирковые представления всегда собирали толпы народа. На арене выступали не только клоуны, акробаты, дрессировщики, наездники, но и разыгрывались интермедии, в которых звучала сатира на существующие в стране порядки, остро высмеивались человеческие пороки. Это всегда вызывало отклик в народе. В этом плане цирковое искусство сродни театральному. Некоторые артисты цирка имели в народе не меньшую популярность, чем выдающиеся артисты театра. К таковым, безусловно, относятся и сегодня представители славной цирковой династии Дуровых. А родоначальником его является Анатолий Леонидович Дуров, чья деятельность тесно связана с Воронежем.

Теперь кстати сказать об истории здания театра. Надо иметь в виду, что гастролеры с 1870-х годов выступали в Летнем театре, который находился в Городском саду (после революции — Первомайский сквер), либо в Летнем театре сада «Эрмитаж» (на этом месте кинотеатр «Юность). Оба они были намного вместительнее стационарного и давали значительные сборы. В летнее время театр на Большой Дворянской нередко находился на ремонте, а зрителями заполнялся в осенне-зимне-весеннее время. По этой причине среди его посетителей, вероятно, в 1870-х годах, закрепилось название Зимний театр. При этом десятилетиями здание сдавалось в аренду отдельным лицам, что нередко мешало городским властям поддерживать его в рабочем состоянии.

В начале 1880-х его арендовал титулярный советник Г.М. Веселовский, издатель газеты «Дон». В 1884 году городская дума приобретает здание Зимнего театра «в вечное потомственное владение города Воронежа». Власти постановили осуществить капитальную реконструкцию здания, для чего был приглашен московский архитектор М.Н. Чичагов. Это он спроектировал знаменитый Московский театр Корша (ныне Государственный Театр Наций) и прекрасный театр в Самаре. Даже по внешнему виду легко догадаться, что все эти здания — близкие «родственники» нашему театру. В декабре 1885 года начались работы по созданию проекта реконструкции, а уже 16 января 1886 года городская дума его утвердила, заодно и определила срок окончания всех работ по перестройке здания — первое сентября того же года! В результате торгов подряд на строительство получил московский купец Василий Александров.

Когда пришло время расплачиваться с ним за работу, оказалось, что в городской казне денег нет. Тогда городской голова Петр Карпович Капканщиков, потомственные почетные граждане Степан Лукьянович Кряжев, Николай и Алексей Клочковы ссудили городу необходимую сумму из расчетов 6 процентов годовых. Театровед З.Я. Анчиполовский разыскал документы, свидетельствующие о том, что даже и двенадцать лет спустя, в 1898 году, деньги еще не были полностью возвращены этим благородным гражданам нашего города… Но не менее поражает воображение факт, что все работы по реконструкции здания были проведены за пять месяцев! Зимой в то время не строили. Начали в конце марта, а 28 августа того же года сдали под ключ, с полным обновлением сцены, зала и интерьера. Новые кресла для зала и оборудование для сцены были доставлены из Москвы. 26 сентября 1886 года в новом здании состоялась премьера. Удивительный, конечно, факт, ведь тогда и в помине не было той техники и материалов, которыми располагают строители сегодня.

1887 год запомнился Воронежу гастролями знаменитой артистки Александринского театра Марии Гавриловны Савиной, одной из лучших исполнительниц в пьесах Гоголя, Тургенева, Островского. Вместе с ней выступал Александр Павлович Ленский, актер Малого театра, исполнитель ролей Гамлета, Чацкого, Фамусова… В 1894 году Савина снова посещает Воронеж с гастролями.

К концу 1880-х воспитательная роль театра в жизни народа осознавалась до такой степени, что отдельные деятели стали создавать крестьянские театры в селах. В 1889 году известный в России педагог-просветитель Н.Ф. Бунаков создал крестьянский театр в селе Петино (сегодня село в Хохольском районе). Выпускники созданного им на свои средства начального народного училища играли в основном пьесы А.Н. Островского. Коллектив просуществовал 15 лет.

Другим интересным явлением такого рода в Воронежской губернии был крестьянский театр З.С. и К.К. Соколовых в селе Никольское Воронежского уезда (сегодня Верхнехавского района), организованный в 1895 году. Представления давались в господском доме или оборудованной для этих целей риге. Владельцы имения — сестра К.С. Станиславского Зинаида Сергеевна и ее муж, доктор Константин Константинович Соколов, — ставили спектакли, в которых играли сами, частые гости из Москвы и Петербурга, а также крестьяне окрестных сел и крестьянские дети. Важным элементом постановок было пение и музыкальное сопровождение. Летом 1901 года спектакли смотрел К.С. Станиславский, навестивший Соколовых вместе с женой, актрисой М.П. Лилиной. Сегодня в селе Никольское Верхнехавского района Воронежской области есть улица имени великого реформатора театра Константина Сергеевича Станиславского.

О деятельности сельского театра подробно рассказано в мемуарной книге З.С. Соколовой «Наша жизнь в Никольском». В память о просветителях Соколовых в Никольском регулярно проводится областной фестиваль любительских театров. Его руководителем с начала 1990-х и в течение многих лет была Светлана Николаевна Сукочева, методист областного управления культуры. Большой энтузиаст развития народного театрального творчества, в 2010-х годах она много лет сама руководила народным театром в селе Никольское. Это ее стараниями была издана мемуарная книга о крестьянском театре.

Но вернемся к Воронежу. 3 февраля 1892 года сюда приехал А.П. Чехов вместе с издателем газеты «Новое время» и драматургом, чьи пьесы шли на воронежской сцене, А.С. Сувориным. Они прибыли для помощи голодающим, но по вечерам не забывали посещать театр. Тем более, что как раз на местной сцене шел чеховский водевиль «Медведь». А.П. Чехов в основном остался доволен увиденным.

Интерес А.П. Чехова и А.С. Суворина именно к воронежской земле был особого рода. Предки писателя Чехова были слободскими крестьянами Ольховатского района Воронежской области. Алексей Сергеевич Суворин (1834–1912), известный в свое время всей России издатель, публицист, театральный критик, родился в селе Коршево Бобровского района Воронежской области. Интересно, что почти через сто лет в том же селе родился известный в СССР и России поэт Егор Исаев (1926–2013), лауреат Ленинской премии, Герой Социалистического Труда, Секретарь Союза писателей СССР.

Середина 1890-х также богата знаменитыми гастролерами. Это воспитанник воронежской сцены В.П. Далматов и его соратник по Александринской сцене Модест Иванович Писарев. Он с успехом играл роли Несчастливцева в «Лесе» и Кнурова в «Бесприданнице».

Из Малого театра приезжали Гликерия Федотова и Александр Иванович Сумбатов-Южин (народный артист Республики с 1922 года), жена которого имела неподалеку от Воронежа, в Землянском уезде, небольшое поместье. Это Южин приметил в небольшой роли на сцене Зимнего театра молодого любителя А.А. Пожарова, чертежника железнодорожных мастерских, и предложил ему ехать в Москву учиться и работать в Малом театре. Так начался творческий путь выдающегося артиста А.А. Остужева, получившего в 1937 году звание народного артиста СССР.

Уволенный из Александринского театра вследствие конфликта с труппой «блестящий классический любовник» Мамонт Дальский в 1900 году вдруг оказался в Воронеже.

 

4. В начале ХХ века: 1901–1917

 

1901 год в истории воронежской сцены вполне можно назвать Чеховским. 27 июня в Летнем театре труппой драматурга и актера Григория Ге был показан спектакль «Три сестры». В это время, с 1899 по 1904 год, в Воронеже держал антрепризу человек с университетским образованием и имеющий вкус к театру А.А. Линтварев. Он был и актером и режиссером одновременно. В тот памятный 1901 год в период с 26 октября по 19 декабря он поставил на воронежской сцене четыре пьесы А.П. Чехова: 26 октября — «Три сестры», 2 ноября — «Чайку», 14 ноября — «Иванова», 19 декабря — «Дядю Ваню».

Журнал «Театр и искусство» короткой рецензией откликнулся на воронежские постановки: «Почти всеми исполнителями достигается гармония, и они приближаются к грустно-элегическому тону пьесы». Это можно расценивать, как похвалу. Линтварев успел поставить в сезоне 1903 — 1904 годов только что завершенный А.П. Чеховым «Вишневый сад», прежде, чем распроститься с Воронежем и переехать в Харьков. Именно А.А. Линтварев впервые познакомил воронежскую публику и с произведениями М. Горького.

В начале января 1902 года здесь была поставлена инсценировка повести «Фома Гордеев», а в конце ноября того же года — «Мещане». Рецензия в «Воронежском телеграфе» сообщала, что пьеса «сыграна с большим успехом благодаря вполне хорошему ансамблю. Общие старания дирекции и всей труппы оправдались: «Результат получился блестящий». Отмечаются «глубокая жизненная психология» и «идейность пьесы». А уже 4 февраля 1903 года состоялась премьера пьесы М. Горького «На дне», опять-таки одна из первых постановок на русской сцене! Обе горьковские пьесы имели у нас успех, по тем временам огромный, ибо выдержали 11 представлений, когда обычно новый спектакль жил на сцене не более двух-трех раз.

В начале ХХ века Воронеж был одним из самых передовых в России театральных городов. На его сцене в весьма хорошем исполнении шли самые талантливые и современные во всех отношениях пьесы лучших русских драматургов-классиков: Чехова, Горького, Островского. Причем Воронеж нередко был в числе первых по времени постановок с момента создания пьесы и по их качеству, и по сценическому воплощению художественного и идейного содержания. Ведь талантливый и образованный постановщик А.А. Линтварев не раз ездил в Москву и знал все постановки этих пьес на сцене Художественного театра. Он знал, у кого учиться. Театр в Воронеже стимулировал таким образом общественную и эстетическую мысль.

В 1902 году Воронеж посетил со своей труппой Павел Николаевич Орленев, народный артист Республики с 1926 года. Здесь он впервые на провинциальной сцене сыграл после многолетнего запрета свою коронную роль царя Федора Иоанновича в трагедии А.К. Толстого. Снова он оказался в Воронеже в 1913 году, уже будучи известным мастером сценического перевоплощения не только в России, но и в Европе и в Америке. Среди его высших достижений — образы Раскольникова и Дмитрия Карамазова, Освальда в «Привидениях» Г. Ибсена.

В 1903 году в Воронеже — великая Вера Федоровна Комиссаржевская, покорившая публику исполнением роли Ларисы в «Бесприданнице», Вари в «Дикарке» А.Н. Островского.

Бурный 1905 год воронежская труппа переживала под руководством нового антрепренера. Это был Петр Петрович Струйский. Важная примета этого периода — отличный ремонт зимнего театра, после чего он принял «очень изящный вид». В фойе, «по образцу Художественного театра», появились портреты знаменитых русских писателей, витрина с фотографиями актеров. В интерьер красиво вписывались декоративные тропические растения. П.П. Струйский оставил заметный след в русском театре, будучи одним из лучших российских антрепренеров. Он подбирал сильную труппу, устраивал спектакли по сниженным ценам для демократического зрителя и бесплатные утренники для учащихся. Это был человек передовых взглядов. В 1914 году он организовал в Москве свой Замоскворецкий театр (Театр Струйского). Пользовался успехом и как актер в характерных ролях. В летний сезон 1905 года им были приглашены в Воронеж весьма хорошие труппы, в том числе знаменитый Передвижной театр П.П. Гайдебурова из Петербурга.

Накал революционных страстей достиг и Воронежа. В октябре начались политические стачки и забастовки. А 8 ноября 1905 года на воронежской сцене давали героико-романтическую драму Ф. Шиллера «Вильгельм Телль». Пафос ее представления вызвал такой резонанс в публике, что после спектакля оркестр несколько раз заставляли играть «Марсельезу», запрещенный в то время французский гимн, а публика пела его стоя. Такое проявление свободолюбия вызвало переполох в «высших кругах города», и театр чуть было не закрыли.

Во время правления Струйского воронежцы увидели новые пьесы М.Горького — «Дачники» и «Дети солнца». Все это в том же 1905 году. Революционные в ту пору мысли пролетарского писателя находили эмоциональный отклик у воронежских зрителей, потому что совпадали с общественным настроением. Реакцию публики на спектакль «Дети солнца» активно обсуждали тогда воронежские газеты: «…когда в последнем акте на сцену ворвалась озверевшая толпа и тяжелой дубиной был сбит с ног ученый Протасов, в зале началось столь сильное волнение, что с кем-то даже сделался обморок». В целом годы пребывания П.П. Струйского в Воронеже, как и его предшественника А.А. Линтварева, много дали воронеж­скому обществу в эстетическом и нравственном развитии. Кстати, в то время зимний театр вмещал 900 зрителей и столько же Народный дом, и были еще два Летних театра, а оперы и оперетты ставились в Общественном и Семейном собраниях. В Большом зале Дворянского собрания нередко выступали талантливые певцы и музыканты. Так что театрально-музыкальная жизнь в Воронеже в ту пору процветала.

На примерах деятельности Струйского и Линтварева видно, что в течение первого десятилетия XX века воронежский театр шел в русле новых традиций, которые вырабатывались деятельностью К.С. Станиславского и В.И. Немировича-Данченко в Московском Художественном театре, поскольку оба антрепренера-актера с большим интересом наблюдали этот процесс, часто наведываясь в Москву и общаясь с московскими друзьями.

Пожалуй, неслучайно в 1908 году в Воронеж был приглашен Александр Игнатьевич Канин (1877–1953), окончивший Школу МХТ под руководством В.И. Немировича-Данченко и имевший уже некоторый опыт работы под руководством В.Э. Мейерхольда, чтобы осуществить постановку горьковской пьесы «На дне». Постановка была выдержана именно в духе экспериментаторских идей Станиславского и Мейерхольда, хотя учителя были во многом не схожи в сценических трактовках пьес М. Горького.

Экзотическое разнообразие в жизнь юных воронежцев в эти предреволюционные годы вносил «театр зверей» Анатолия Леонидовича Дурова. Пройдя хорошую цирковую школу в Воронеже под руководством знаменитого итальянского антрепренера Максимилиано Труцци, который еще в 1880-е построил в Воронеже специальное здание для цирковых программ, Анатолий Дуров объездил полсвета, давая представления в больших городах России и за рубежом. Его с восторгом принимали в Германии, Испании, Франции, Италии, Японии и Китае. С участием животных Дуров показывал басни, сцены и даже целые пьесы.

Устав от разъездов, в 1901 году Анатолий Леонидович купил на окраине Воронежа, у реки, дом и усадьбу и основал в нем музей, построил на участке небольшой цирк, чтобы дрессировать животных, устраивал экскурсии и представления для жителей города. В 1910-м гостями великого артиста были Федор Шаляпин и знаменитый борец и авиатор Иван Заикин. Анатолий Дуров увлекался поэзией, писал афоризмы, рисовал картины. В его усадьбе с 1910-го по 1914 год проходили съемки трех кинокартин с участием самого артиста и его животных.

Скончался Анатолий Дуров в 1916 году на гастролях в Мариуполе. Его похоронили в Москве. В 1930-е урну с прахом перевезли в Воронеж и в 1997-м перезахоронили во дворе Дома-музея. Имя великого артиста присвоено Воронежскому государственному цирку, парку рядом с ним и улице в Центральном районе (бывшей Мало-Садовой), на которой расположен дом-музей имени Дурова. В 2008 году в здании воронежского цирка открыт памятник А.Л. Дурову.

Везло нашему театру и в предреволюционные годы, омраченные войной и общим политическим и социальным разбродом. С началом войны в 1914 году театральные представления прекратились в десятках городов России. Но не в Воронеже. В 1908–1909 годах, а потом с 1911-го до осени 1917 года воронежским театром управлял Вениамин Иванович Никулин, умный, образованный театральный деятель передовых во всех отношениях взглядов человек, чуткий и порядочный. В 1920-м он эмигрировал в США, где написал книгу воспоминаний, в том числе и о нашем театре. Воронеж отлично помнил В.И. Никулина, за четыре осенне-зимних месяца 1897 года много доброго сделавшего в нашем городе, включая бесплатные спектакли для малоимущих, для учащихся и страстные просветительские лекции. В новый свой приезд в Воронеж он сумел значительно обновить труппу и репертуар, пригласив сюда ряд известных актеров, в том числе М.М. Петипа, популярного в то время Я.В. Орлова-Чужбинина и других.

Ставили «Плоды просвещения» Л.Н. Толстого, «Лес» и «Бедность — не порок» А.Н. Островского, а также популярные в то время пьесы Леонида Андреева, а перед самой революцией — «Анну Каренину», «Касатку» А.Н. Толстого, «Враги» М. Горького. Были пьесы популярного в то время М. Арцыбашева, но рядом с ним пьесы прежнего классического репертуара — «Кин — гений и беспутство», «Гамлет», «Уриэль Акоста», «Горе от ума», а также модных в начале века европей­ских авторов — Г. Гауптмана, Г. Ибсена, М. Метерлинка…

В.И. Никулин Февральскую революцию 1917 года встретил на воронежской сцене, сохранив театр. Не забудем также, что в эти годы театр под его руководством выполнял и просветительскую и благотворительную миссии. Давались бесплатные спектакли для раненых, для учащихся гимназий, для малообеспеченных жителей Воронежа.

Итак, воронежский театр, родившись в XVIII веке, один из немногих в провинциальной России не прерывал своего существования и вошел в новую эпоху, имея уже богатую театральную историю.

 

---

1 В Древней Греции название богатого гражданина Афин, который в качестве общественной повинности почётной обязанности брал на себя расходы по организации театральных представлений, подготовке хора и актеров во время общественных праздников.

 

---

Николай Николаевич Тимофеев родился в 1939 году в городе Старый Оскол Курской области. Окончил Рязанский радиоинститут. Работал инженером, учителем физики. Литературный и театральный критик. Публиковался в журналах «Юность», «В мире книг», «Подъём», «Литературной газете». Автор радиоспектакля «Русская любовь во Франции» об И.А. Бунине, ряда театральных инсценировок, книги «Из древней тьмы… звучат лишь письмена» и других очерковых и краеведческих книг. Живет в Воронеже.