Ветры встречные

* * *

 Тишина баюкает тропинку —

И тропинка дремлет между трав.

Зреет август, белую косынку

На макушку роще повязав.

 

Навалилось в полдень утомленье…

Иль в горячке лето обожгло?

Исцеленья жду — и утоленья,

Жить хочу — просторно и светло.

 

Проиграть могу ли эту битву?

Многое сегодня на кону…

Прочитаю милую молитву,

Не спугнув колдунью-тишину;

 

И пойду тянуть свою тропинку,

То помин справляя, то почин, —

И поправлю белую косынку,

Дотянувшись до родных вершин…

 

РОДИЧИ

 

И росы, и грозы, и ясные зори,

И чащи на страже, и горы в дозоре,

И вьюги, и соловьи —

Все родичи это мои…

 

Назвать поименно всех вряд ли возможно

(И радостно мне оттого, и тревожно),

Но знаю: лишь запою —

Подхватите песню мою.

 

Прильнет ветерок и обнимет негрубо

И бабочка нежно овеет мне губы…

А вдруг беда — предо мной

Вы встанете крепкой стеной.

 

Тяните же к сердцу родимые нити,

И ласке, и мужеству сердце учите:

Дорога не коротка,

А песне — века и века…

 

* * *

 Сны забыты, и спутаны даты,

И дороги давно уж не те,

И слова улетели куда-то,

Растворились, как дым в высоте.

 

Руки жмешь, улыбаешься, пленный,

И страшишься, и споришь — а сам

День и ночь горячо, сокровенно

Припадаешь к родным временам.

 

Может быть, времена те наивны,

Может быть, не совсем хороши, —

Но поют поезда в них, и ливни

Беспечальны, нежны и свежи…

 

Все прошло. Стало все отголоском —

И сокровищем стало моим.

И выходят года к перекресткам,

И в слова превращается дым…

 

* * *

 …И потерялась дорога,

И отошла в никуда.

Тут же крапивы жестокой

Всюду восстала орда.

 

Что же, наверно, так надо

На круговертях земных —

Леса поминки и сада…

Иль возрождение их?!

 

Может, в глуши, в бездорожье

Надо совсем одичать,

Чтобы пресветлая, Божья

Вдруг проступила печать?

 

Может, спасенье не в битвах

И не в лихой болтовне,

А в сокровенных молитвах,

В чуткой, как Бог, тишине…

 

* * *

 Я за Россию молился в ночи,

Были моленья горьки, горячи!..

 

Мертвенно супилась, медлила ночь…

Как же хотел я России помочь!

 

Или молитва тиха и слаба?

Или родимой такая судьба?

 

Беды ль ее не превысили мер —

И еще пущий грядет изувер?

 

Иль отвернулся разгневанный Бог

От бездорожий ее и дорог?

 

Мертвенно супилась, медлила ночь…

И не умел я России помочь…

 

День, где ты, милый? В сиянии дня

Может быть, кто-то услышит меня,

 

Может быть, кто-то поможет стране,

Слез о которой не выплакать мне…

 

* * *

 Угрюмые леса, как при Петре, чернеют…

Дубы, а может, виселицы в ряд

Построились… Вот-вот заговорят…

И плахи мертвенно запламенеют…

 

Предзимье… И все обмерло кругом…

Иду в колеблющемся полусвете,

Иду меж звезд, туманностей, столетий

И вспомнить не пытаюсь, где мой дом…

 

Уклончив путь и призрачен мой отдых…

Тревог не счесть и тайн не разгадать…

И все-таки безумствую опять,

Затерянный в пространствах безысходных,

 

Весь дымами и дыбами пропах,

И солоно от пыток на губах…

 

* * *

 Эти сосны держат берег,

Сами держатся…

Гляди:

Им, поди, не до америк,

Не до «радужных», поди!

 

В дождь, бывает, запивают,

В пекло — молят окоем,

А ночами запевают

Об исконном, о своем…

 

НЕ ПОГИНЕТ ВОВЕК…

 

Полевые, лесные дороги светлы —

От холма до холма, от ветлы до ветлы,

От зари до зари, от огня до огня,

От печали до песни, что ищет меня…

Из ключей сокровенных, из древних пород

Полевая, лесная Россия встает,

Все в глубинах срослось, высью все сплетено,

Все едино от века, навеки одно:

То не ветер летит с осененных полян —

Песнь бессмертья рокочет на гуслях Боян;

То не туча идет над вершинами гор —

Свой дозор неизбежный несет Святогор;

То затменью грозит не дубовый размах —

Из урочищ родных тянет длань Мономах;

То не солнце встает над великой рекой —

Вои Невский ведет, а вослед и Донской…

Свете! Я не один! Я вошел в нашу рать,

Чтоб былое беречь и грядущее брать,

Чтоб заслоны ковать против пала и тьмы…

Знаю — выстоит Русь, если родичи мы!

…И дыханье касается дланей и плеч,

И подъемлет сердца заповедная речь:

«Не погинет вовек Путь России-Руси!

Быти Русской земле! Свет Победы неси!»

 

* * *

 Птицы, пчелы и кузнечики

Песню тянут — не мою ль?

Всех цветов хмельные глечики

Предлагает мне июль.

 

Ты сокровища несметные,

Русь, родная, не таи:

Вековечные, бессмертные —

Все они мои, мои!

 

Даль от зноя чуть качается,

Дух пьянеет кочевой

И дорога не кончается —

Жаждой полнится живой!

 

* * *

 Иду.

Повсюду на земле

Двоится тишина:

То — травы шепчутся во мгле,

Роняя семена…

 

И Книга книг — небесный кров —

Роняет звездный ключ…

А месяц — словно апостроф

Над письменами туч.

 

* * *

 Отчего, не опасаясь злого,

Сумрачного таинства времен,

Я бросаюсь в омуты былого —

В отраженный бездной небосклон?

 

Я, наверно, зря не знаю страха,

И не радость это, а беда,

Что так мило восстают из праха

Все мои погибшие года…

 

Пусть от боли не найдется средства —

Только бы увидеть хоть на миг,

Только бы почувствовать у сердца

Дорогих потерянных моих!..

 

* * *

 Чужие, злые небылицы…

Секущий маятник часов…

Я, словно раненая птица,

Скрываюсь в омуте лесов.

 

Лопочет ласково осинка,

Тропинка меркнет, не коря…

Здесь все мое — звезда, росинка,

Травинка, бабочка, заря…

 

Грядет ли вновь беда, забота?

В глуши родимой и живой

Готовлю крылья для полета

И голос обретаю свой.

 

ОБЛАЧКО-МЛАДЕНЕЦ

 

Облачко-младенец,

Берегут твой сон

Сотни полотенец,

Ласковых пелен;

 

Солнце смотрит зорко

За тобой, любя;

Радуга и зорька —

Только для тебя…

 

Сон прервется краткий —

Подожди, не плачь!

Скоро на лошадке

Понесешься вскачь;

 

Вырастешь большое,

Будешь богатырь;

Средь густого зноя

Встанешь во всю ширь —

 

И покажешь силу

Грозную свою…

Нас тогда помилуй,

Баюшки-баю;

 

Скрой огонь мертвящий,

И на ширь полей,

На лесные чащи

Благодать пролей…

 

* * *

 Смотри, как небо ало!

Январская заря

Горит, душе усталой

Прозрение даря:

 

Над горькими полями,

Над бездной крыш и крон

Она горит как знамя

Поруганных времен…

 

Заря все совершенней,

Все ярче — каждый миг.

В ней — кровь тех поколений,

Сиянье духа их…

 

Опять с хулой бредовой

К ней тянет лапы ночь

И рвет ее — и снова

Беду не превозмочь…

 

Но силы мрака лживы,

А наша вечна связь:

Вы — истинны, вы — живы,

И миллионы — нас…

 

Качнулся месяц утло,

В душе — и боль, и стыд…

Но знаю: будет утро,

И Свет наш — победит!

 

* * *

 На коре сосновой и березовой,

На коре осины и ольхи

Зорями, под звездами, под грозами

Я писал сердечные стихи…

 

Оттого и стали не случайными

В них цветы, стрекозы, облака

И лесными, луговыми тайнами

Засветилась каждая строка.

 

Сколько было мне дано хорошего!

Только очень мало взято в толк…

Слова не страшусь неосторожного:

Неоплатен мой духовный долг.

 

Позовет еще ветла по имени,

И береза мудрый даст совет,

И заманят в чащу соловьи меня,

И кукушка напророчит лет…

 

Я пойду, целуя ветры встречные,

И привечу песни юных трав,

И слова горячие, сердечные

Прошепчу, к земле моей припав…

 

---

Сергей Евгеньевич Луценко родился в 1980 году в городе Павловске. Окончил Воронежский государственный аграрный университет. Работал машинистом, оператором, слесарем, юристом, журналистом, мастером, преподавателем. Публиковался во многих российских и зарубежных литературных, общественных и научных изданиях. Автор восьми книг поэзии, прозы, документалистики. Член Союза писателей России. Живет в Павловске.