В одиночестве земном

* * *

О чем ты думал, уходя за ним —

За временем, тягучим и жестоким?

Ты был его рабочим черновым,

Под взором неба, любящим и строгим.

 

Ты был один во всем, всегда, везде,

Попавший в плен необъяснимой сути,

Где сложное сокрыто на маршруте,

И зримо, и незримо в простоте.

 

И ты, как все, искал и не нашел.

И неотступно обновлял хожденья.

Вся жизнь твоя уложена в глагол,

И вера — в неизбежность воскресенья,

 

И говорить о главном ты привык,

Вновь обращаясь к нераскрытой бездне,

Ты слышишь, прозвучали с неба песни,

И ты взволнован, словно призывник…

 

* * *

Ловишь меня на живца,

Приносишь десятки тем…

С чуткостью продавца

Сбываешь их, а затем

 

Улавливаешь момент

И все начинаешь с нуля.

Лира, я твой клиент

С повадками куркуля.

 

Твой не окончен торг,

Но ты ко мне так щедра.

И расставаний восторг

Уходит в лучах с утра.

 

* * *

Хранитель, если можешь, объясни,

Куда ведут мгновенья жизни этой.

Проходят годы, месяцы и дни…

И я вращаюсь медленно с планетой.

 

Все, что я мог, я людям раздавал,

И, свысока взирая на интриги,

Я силы черпал из отцовской книги,

Не ожидая славы и похвал.

 

Проходит все, и навсегда со мной

Природа неизвестных откровений,

Она во время взлетов и падений

Уводит из рутины городской.

 

Земным кочевьем я пропитан вволю,

И вдаль смотрю, ни капли не дрожа,

Иду на свет по сумрачному полю,

И надо мной — святые сторожа.

 

* * *

                                  Максиму Замшеву

 

Ты пожелал семь футов мне под килем,

Но я уверен — буду не один.

Мы сообща хождения осилим

Под взорами невидимых старшин.

 

Поговорим с тобою обо всем,

Вся наша жизнь — нелепые потери.

Что будет с нами, если мы уйдем?

Кто первым встретит хитрого Сальери?

 

Мы каждый (вместе и поодиночке)

Истерзаны забвением эпох;

В молитвах мы не требуем отсрочки

И веруем, что нас спасает Бог.

 

Исканьям нашим не было предела,

Заглядывали смерти мы в глаза

И понимали: наша жизнь — полдела,

Нам вечности раскрыты адреса.

 

* * *

Мы с ней храним безмолвие, но сроки

Уже выходят, и не слышно нас.

Оставив мне навечно биотоки,

Разящие сильнее метастаз,

 

Она исчезнет, время ждать болезни,

С годами укрепив иммунитет,

Задуматься о предстоящей бездне,

Не замечая уходящих лет.

 

Откроются мне времени уроки,

Дорога жизни не всегда пряма,

В ней вечно уживаются пророки:

Изменник Петр, неверящий Фома.

 

Я вдруг пойму, что ожидает скоро

Та встреча, где Начальник Тишины

Все прошлое земного визитера

Касаньем ока превращает в сны.

 

* * *

Когда в движенье круговом

Вмиг остановятся орбиты,

Я в одиночестве земном

Планет представлю габариты.

 

Взойдет прощальная звезда,

И мир незримого масштаба

В начало вечного этапа

Меня поманит, и тогда

 

В преддверье часа рокового

В крови на землю рухнет мгла,

И я увижу, как взошла

На небо «Троица» Рублева.

 

И озарится все вокруг,

И мир изменится… О Боже!

Земли страдальный слышен звук,

Кровавый пот застыл на коже.

 

* * *

Я зря считал, что этот мир ничей,

И обладаю неизменным правом:

Судьбою мне ниспосланных людей

Определять по избранным составам.

 

Но я за все привык держать ответ,

Смиренно подчиняясь высшей власти,

Не падать ниц перед оравой бед

И не служить превосходящей касте.

 

Казалось мне, я ждал, а не искал,

Единство мыслей обращая в слово,

И веровал, что мой потенциал

Использовать природа не готова.

 

Я каюсь, что порою жил рисково

И ждал меня сомнительный черед,

Но снилось мне, что по лесам Сарова

Согбенный старец мальчика ведет.

 

---

Александр Владимирович Орлов родился в 1975 году в Москве. Окончил Литературный институт им. А.М. Горького, Московский институт открытого образования. Работает учителем. Публиковался в журналах «Подъём», «Наш современник», «Литературная учеба», «Сибирские огни», «Юность» и других изданиях, антологиях, альманахах. Автор восьми книг стихотворений и четырех сборников прозы. Обладатель золотого диплома и лауреат международного славянского литературного форума «Золотой Витязь» и ряда других литературных наград. Живет в Москве.