Мой срок на земле

* * *

Пусть все мы братья «по несчастью» —

Никем не признанный народ,

Рыхлящий каждый свой участок,

Свой чудо-юдо огород.

 

Я вас люблю, мои друзья,

За дерзость, смелость и отвагу;

За то, что вы что и нельзя

Присвоили стиху во благо.

 

* * *

Когда обрывно стихнет звон в ушах,

Когда со звонниц никакого звука —

Я догадаюсь: ты уже ушла,

Забрав с собою радости и муку.

 

Гадаю: может быть, не навсегда,

А может быть, надумаешь вернуться?

Но мое горе — вовсе не беда:

Боюсь опять обманутым проснуться.

 

* * *

Попрощаемся навеки.

Ты прости меня, прости.

Побреду, как те калеки

По полночному пути.

 

Им, усталым, есть везенье,

Пока ноги их несут,

Пока трепетное зренье,

И в душе есть Божий суд.

 

Искушать себя не стану.

Ты гони меня, гони!

Мои кущи — под кустами

На оставшиеся дни.

 

Все раздам, оставлю душу;

Даль вместилищем души…

Только ты меня не слушай,

Соглашаться не спеши.

 

Просто слаб, как все земное,

На слова и на разрыв.

Перед холодом и зноем

Беззащитен и бескрыл.

 

* * *

Дни мои отшумятся

На бескрайней земле.

Все обиды простятся

И потонут во мгле.

 

Шорох — листьями ветра,

Тихой думой берез.

То ли метой, то ль вехой

Крест бурьяном зарос.

 

* * *

Меж обманом и детской мечтой

Расстояния не было вовсе.

Из блокнота

 

Конь ты мой застоялый,

Юности зов и крик,

Мчи по кручам и ямам,

Торопясь напрямик.

 

Возврати меня снова

Далеко-далеко.

Там рябая корова

Угостит молоком.

 

Там багровые цыпки

Расползлись по ногам,

Мама смотрит с улыбкой,

Зашивая карман.

 

Это гвозди и гайки

Мне порвали штаны.

Шаловливою стайкой

За окном — пацаны.

 

Уноси меня дальше

От пустой суеты.

В родниковой Ольшанке

По низинам — кусты.

 

Соловьиных черемух

Цвет в больничном саду.

Сколько сил неуемных

Было в этом году.

 

Помнят листья осины,

Шелестя на весу…

Не хотелось вполсилы,

Жить хотелось вовсю.

 

И копилось, кипело,

Рвало душу живьем.

Мне безумно хотелось

Проявленья во всем.

 

Но узду налагала

Бесконечность забот.

Мне вздыхалось устало.

Я откладывал взлет…

 

Ты, мой конь застоялый,

Семени не спеша.

Я довольствуюсь малым,

Не хочу ни шиша.

 

Только изредка вздыбит

Зов далекой трубы —

То ли в юности было,

Как у каждой судьбы!

 

Жизнь живя понемногу,

Говорю невпопад,

И за то — слава Богу,

Если этому рад.

 

* * *

Игры юности, игры любви —

Почему я их больше не вижу?

Николай Рубцов

 

Пни меня, обними —

Разницы никакой…

Прут мимо окон дни,

Не помахав рукой.

 

Застит рассудок мгла,

Застят глупость и бредь.

Схожесть с судьбой угла —

Нечего и смотреть.

 

Из одного в другой

Днями туда-сюда.

Это и есть покой,

Старческая нуда.

 

Голос бубнит: «бу-бу»,

Кто-то забрел сюда;

Править пришел судьбу,

Данную навсегда.

 

Пни меня, обними…

Осень днится в закат;

Шепчет мне: ты усни,

Богу и черту брат.

 

Как не изгнать печаль,

Что ужилась меж строк:

Так бесконечна даль,

А на земле — мой срок.

 

* * *

На свете долгожителем торчу.

Мои друзья безвременно почили.

За это одиночеством плачу,

Которому нигде не научили.

 

---

Александр Иванович Мальцев родился в 1948 году в селе Лесополяна Нижнедевицкого района Воронежской области. Окончил исторический факультет Воронежского государственного университета. Работал в Воронежской области учителем, директором школы. Служил в органах МВД. Публиковался в журналах «Подъём», «Север», «Приокские зори», «Бийский вестник», «Дальний Восток»и др., региональной печати, коллективных сборниках. Автор шести книг прозы и поэзии. Живет в поселке Бор Рамонского района Воронежской области.