Другая сторона часов

* * *

 Проплывет нефтяное пятно,

лучик солнца ощупает дно,

и оттуда, моля и грозя,

зазеркалят дельфиньи глаза.

 

Так хотелось бы им подмигнуть,

только жжет виноватую грудь,

только давит машинной пятой

потребительский век золотой.

 

Ныне бриз будет слишком солен.

И никто не расслышит сквозь сон,

как уносит к закату волна

задохнувшихся рыб имена.

 

РЫБАК

 

Звезды в небе, в воде и на том берегу.

Ты стоишь мимо Волги, впадающей в осень,

устремляя задумчивый взор к рыбаку,

что плывет по течению, весла отбросив.

 

Он плывет как звезда — никуда не спеша,

вдоль оранжевых бакенов тысячелетий,

ни за дрожь ветерка в париках камыша,

ни за волны судьбы пред тобой не в ответе.

 

Он скользит меж миров, прикорнув у руля,

он застыл в фиолетовой точке покоя,

созерцая, как маленькой лодкой Земля

очарованно катится Млечной рекою.

 

* * *

 В провинции восторг и благодать:

бездонно небо и прозрачны реки.

Гудящих строек века не видать,

зато без них слышнее человека.

 

Хрустим редиской, пьем себе стишки,

настоянные на сосне и травах,

спасаясь от назойливой мошки

тщеславия и веяний лукавых.

 

Хотя и тут случается подчас

кому-то грешным делом захвалиться,

но даже одареннейших из нас

не соблазнить надгробием в столице.

 

Здесь как-то все родимей и светлей —

и плач звезды, и хохот непогоды,

и журавли над кротостью полей

понятны до сих пор без перевода.

 

И, выходя к березам на мороз,

легко согреться и душой, и телом,

поняв, что жизнь, увы, не без полос…

но все же это — черные на белом.

 

* * *

 Укатит грейдер-скарабей

комки обугленного марта, —

и вздрогнет порт, зубря, как мантру,

часы отправки кораблей.

 

Пойдет могучая вода,

разгонят кровь лесные корни.

И грезы гулкой колокольни

помчатся чайками туда,

 

где кто-то с пристани сойдет

в свое стрекочущее детство,

чтоб, словно в зеркало,

вглядеться в цедящий душу небосвод;

 

чтоб в уши ветру прокричать,

слепящий мир вдохнув до боли:

«За что мне это вот раздолье,

откуда эта благодать?»

 

И гнать моторку на авось —

пока несет строка живая, —

по дрожи рифмы узнавая,

что это — сердце разлилось.

 

* * *

 на другой стороне у часов

океаны леса города

но ни браун и ни королев

не запустят ракету туда

сколько ходики я ни вертел

ни гадал по вокзальным табло

ни малейшего шрама меж тем

что свершилось и всем что могло

ибо запер портал судьбовод

так что даже в бреду не понять

если тикает время вперед

как же память вращается вспять

но с другой стороны в некий час

глухоте мирозданья в ответ

кем-то стрелки забиты для нас

и надышан красивый сюжет

только смыслов и встреч не ищи

и меня от прозрений уволь

ведь слепящий луной часовщик

все слова умножает на ноль

делит души на боль и на страх

держит гирьки и меч на весах

оставаясь всегда в стороне

зрячей тенью дрожит на стене

гулким бликом скользит по волне

по векам по мечтам по струне

посему все вопросы к луне

вновь рулетку крутнула она

и не важно где правда где ложь

та ли это не та сторона

придешь

 

* * *

 Все меньше говорю, чем дольше наблюдаю.

Вот женщина идет, вся кротость и покой.

Когда-то сумки ей носил сынишка-даун,

ходячий колобок, улыбчивый такой.

 

В трагедиях людских соображая мало,

несчастный паренек светился оттого,

что сердцем понимал: измученная мама

советам вопреки не бросила его.

 

Теперь она одна, оставленная сыном.

(Такие никогда подолгу не живут.)

Но там, на небесах, он стройным стал и сильным,

женился и на пять окончил институт.

 

И чем тут утешать, чего желать иного,

ужель превозносить не ждущую похвал?

И вроде, мог сказать за столько лет хоть слово,

да всякий раз бревном при встрече застывал.

 

Гляжу в ее глаза, а в мыслях: мать честная!

С такими не сравнить и райскую зарю.

Я знаю: знаешь ты, что я все понимаю

и полной немотой за все благодарю.

 

---

Филипп Константинович Пираев родился в 1965 году в Тбилиси. Окончил Грузинский государственный институт физической культуры по специальности шахматный тренер. Сотрудник Национальной библиотеки Республики Татарстан. Публиковался в республиканских и российских изданиях. Автор двух поэтических сборников. Живет в Казани.