Нить золотая

* * *

 Изящества зимой мне не хватает —

всей этой острой выделки живой,

что трепетно сверчит, благоухает

над тонкой фосфорической травой.

Цветная степь и бабочки-картинки

годны для Эрмитажа и Орсе,

прожилки света, гибкие тычинки

и крапинки причудливые все…

Склоняется весной Творец Вселенной

до самых мелких, ювелирных дел,

как будто указуя прикровенно:

смотри, Я ничего не пожалел!

 

* * *

 «Все так» и «все не так»,

«приемлю», «не приемлю» —

две партии людских,

когорты, расы две:

одна благодарит

приветливую землю,

целуя небеса

в таинственном родстве,

другой — не угодить,

ей холодно, постыло,

и ежится она

в своей неправоте…

Но любит нас Господь,

куда б ни угодила

душа твоя,

Ему —

нужны и те, и те.

 

ДОРОГА

 

Мне открыта прямая дорога Твоя,

самый лучший на свете маршрут;

не петляет лукаво она, как змея,

и столбы верстовые не лгут.

И чеканна твердыня ее, и бела —

сквозь разъятое чрево зыбей;

и взлетает ее молодая стрела,

и взыскует — иди, не робей!

 

* * *

 Зову тебя, по имени зову,

как будто издалека — Анна, Анна,

натягивая ветра тетиву,

листву перебирая осиянно…

Но ты вершишь какой-то свой обряд —

выходишь замуж, сердца не жалея,

и пестуешь несмысленных ребят,

имуществом скудельным тяжелея.

В растерянности крутишь головой —

и слыша, и не слыша голос Мой.

Зову тебя, зову через года —

неужто ты забыла, Анна, Анна:

Я белый снег, Я вешняя вода,

Я Жизнь твоя — вовеки, непрестанно.

 

* * *

 Ты плачешь, словно брошенный котенок —

в какой-то бесконечной темноте,

и голос твой и жалобен, и тонок,

и жизнь вся тут, а смерть — она везде.

Ты плачешь, почему — не зная, право:

никто тебя не бросил, но сполна

ты ощущаешь темный мир кровавый,

где без любви душа обречена.

 

* * *

 А любовь — словно нить золотая,

словно пряжа небесного льна,

что, в клубочек сердечный мотая,

я протягивать ближним вольна.

И шумит в небесах веретенце,

запасая дражайшую нить,

чтобы в сердце у каждого — Солнце

мы могли, не скупясь, сохранить.

 

* * *

 Ты ровно то, что чувствуешь сейчас,

любовь — любовь, а злобу — значит, злоба,

какой бы ни придумывал рассказ,

в какой бы миф ни верил твердолобо.

Ты можешь стать великим мудрецом,

героем, победившим все на свете,

но если ты тщеславишься при том —

пустое, и слова твои на ветер.

На белом можешь восседать коне,

быть награжден и всячески назначен,

но ты лишь то, что носишь в глубине.

Состав души отчетливо прозрачен.

 

ПОСЛЕ ВЕЧЕРНЕЙ

 

Еще ты слышишь небеса,

и взгляд лишь тайну созерцает,

но улица — движенье вся —

жестикулирует, толкает.

Еще в тебе церковный хор

парит сквозь крики площадные —

ты будто храмина, собор

вмещаешь выси неземные.

И сумерек прощальный пляс,

как старое кино немое,

ты любишь, любишь в этот час,

и все земное… неземное…

 

* * *

 Разреши им тебя не любить,

отрекаться без счета, злословить,

и тогда обретешь, может быть,

ясноокую, мирную совесть.

Прошепчи им сердечный отпуст

из своей гефсиманской печали,

не сломив запечатанных уст.

И Царя твоего предавали.

 

---

Анна Борисовна Ретеюм (Кругова) родилась в городе Балашове Саратовской области. Окончила Балашовский институт Саратовского госуниверситета, аспирантуру МГПУ. Работала редактором, дизайнером, преподавателем русского и английского языков. Публиковалась в журналах «Наш современник», «Молодая гвардия», «Новая Немига литературная» и др. изданиях. Автор нескольких поэтических сборников. Лауреат сайта «Российский писатель», Всероссийских поэтических конкурсов им. А.С. Грибоедова, им. С.А. Есенина, премии им. А.П. Платонова «Умное сердце» и др. наград. Член Союза писателей России.