(473) 253 14 50
253 11 28

«Петергоф» в Подворонежье

МИХАИЛ НЕБОЛЬСИН

(Сталь фон Гольштейны в истории Воронежского края)

 

После поражения швед­ского короля Карла XII в Великой Северной войне прибалтий­ские провинции перешли под контроль Петра Великого. Царь подтвердил права и привилегии местных баронов и вывел их на лидирующие позиции в Россий­ской империи. Эст­лянд­ские дворяне, занимавшие в свое время ключевые посты в швед­ской придворной иерархии, очень сплоченно действовали и в Петербурге. К числу наиболее видных и влиятельных представителей швед­ской знати при россий­ском дворе можно отнести кланы фон Штакельбергов, фон Левенов, фон Розенов, фон Врангелей, Сталь фон Гольштейнов, фон Вахтмейстеров.

Отто Вильгельм Сталь фон Гольштейн относится к виднейшему эстлянд­скому семейству, швед­ский барон, генерал-майор. Во время Северной войны все его имения в Эстляндии были реквизированы рус­скими властями. После войны барон Отто был доверенным лицом вдовствующей герцогини Голштин­ской, сестры Карла XII. При россий­ском дворе его назначили в камергеры принцессы Анны Петровны. Отец Отто — Якоб Сталь фон Гольштейн, был инженер-генералом швед­ской армии, руководил строительством многих крепостей и укреплений. Брат — Богуслав, служил фельдмаршалом в швед­ской армии.

Все имения рода Сталь фон Гольштейнов вскоре были возвращены племянникам Отто Вильгельма. Одного из них назначили министром в штатс-контору, где он занимался расходами Россий­ского государства. С этих пор Сталь фон Гольштейны прочно и на века обосновались при россий­ском император­ском дворе, войдя в свиту император­ской фамилии.

Сталь фон Гольштейны, которые имели дома в Петербурге, тем не менее, устраивали свои усадьбы и близ Воронежа. Они владели такими крупными пригородными поместьями как Алексеев­ское, Отрадное, Николь­ское и Софьин­ская экономия.

Возникновение усадьбы Отрадное относится к началу XIX века, более столетия это название не фигурировало в «Списках населенных мест Воронеж­ской губернии». Если обратиться к работе «Историче­ское и ста­тистиче­ское описание Воронеж­ской губернии», написанной М.И. Славин­ским в 1819 го­ду, то найдем косвенное упоминание об этом имении, хотя автор и не называет его. Описывая г. Воронеж в своем труде, Славин­ский отмечает следующее: «…на левой стороне реки (Воронеж — М.Н.) лежит слобода, так называемая Придача, соединенная с городом посредством прекрасного моста и ветвистыми ветлами осененной плотины по обе стороны сей слободы; по берегу реки же находятся значительные деревни. Далее видно открытое поле, представляющее часть обширного горизонта, пределы коего составляют многия селения по реке Усмани, украшенныя огромными домами помещиков и церквами». В этом описании ясно видны черты Отраднен­ской усадьбы. Затем, описывая «склонность жителей к гуляниям», Славин­ский приводит следующие факты, ярко характеризующие пристрастия и вкусы дворян того времени: «Воронеж­ское дворянство, а особливо купечество, имеют господствующую страсть строить огромные каменные домы, внутри оные расписывать со вкусом и меблировать с немалыми издержками».

Владельцем Отрадного являлся Николай Александрович Сталь фон Гольштейн, после его смерти усадьбой владела его супруга София Федоровна Сталь фон Гольштейн (урожденная Андро де Ланжерон), которая любила бывать здесь. Композиционным центром всего усадебного ансамбля являлся господ­ский «огромный каменный дом» в два этажа, который находился в самом цент­ре усадьбы и был равномерно окружен с обеих сторон двумя флигелями, замыкавшими с боков парад­ный двор (во флигелях обычно жили гости и прислуга). Изящное двухэтажное здание господ­ского дома, перестроенное в так называемом «готиче­ском» стиле, напоминало дворцы Петергофа. В его строительстве и отделке принимали участие многие талантливые рус­ские умельцы — паркетчики, столяры, штукатуры, каменщики и другие мастера. Внутри он выглядел следующим образом. Потолки во всех господ­ских комнатах были высокие, обои с орнаментом. Интерьер дома поражал своим богатством: бронза, бархат, позолота, лепнина. На стенах — живописные полотна, непременно портреты предков. Интерьер дополняла изразцовая печь, она украшала едва ли не каждую комнату в доме, так как все они, кроме парадной залы, были приспособлены для жилья. Печи топили из коридора или подсобных помещений. В доме была и библиотека, отделанная деревянными панелями и обставленная шкафами, бюро, секретерами и тому подобными вещами.

На протяжении ряда лет Отраднен­ская усадьба обогащалась различными декоративными элементами — скульптурами, беседками, фонтаном, где использовались черты готиче­ской архитектуры. Для Софии Федоровны, которая отдыхала здесь, усадьба была чем-то вроде «Воронеж­ского Петергофа».

Во владельче­ской усадьбе Николь­ское существовал «дом деревянный на каменном фундаменте об одном этаже с мезонин­ом, при нем деревянный флигель, конный завод рус­ской породы с аглинскою из десяти маток, скотный и овчарный дворы с двумя флигелями деревянного строения, четыре каменные риги, два хлебных магазина <…>, две ветряные мельницы <…> о трех поставах с толчеею».

В 1841 году в Николь­ском помещицей Софией Николаевной Сталь фон Гольштейн был построен каменный молитвенный дом в честь Покрова Пресвятой Богороди­цы без колокольни, но с каменной оградой, имевший 33 десятины пахотной земли. Подцерковных домов не было, жалования причт не получал.

В Софьин­ской экономии Анатолия Александровича Сталь фон Гольштейна, которая находилась в Воронеж­ском уезде, располагался кирпичный завод. На нем трудились 10-15 человек. Технологиче­ский цикл сводился к формовке и обжигу кирпича. Необходимые атрибуты производства — сушильные сараи и печи для обжига, которые топили соломой и антрацитовой пылью. Сорт кирпича определяли по степени обжига. Необходимо отметить, что на всех кирпичах, произведенных на таких заводах, обязательно ставилось особое клеймо — это своеобразный знак качества, торговая марка, говорящая о том, на каком заводе произведен товар. Так, на заводе, принадлежащем А.А. Сталь фон Гольштейну, ставилось клеймо с инициалом «SH».

Вся эта культура, этот быт — прошлое, уже неблизкое к нам по времени и неизвестное по духу, с каждым годом все более удаляющееся от нас. Не потому ли так нежно ласкает и манит нас старая повесть о наших дедушках и бабушках, об арапах и крепостных, о мебели красного дерева и о домах с колоннами и мезонинами на берегу светлых прудов Подворонежья.