(473) 253 14 50
253 11 28

Птица солнечного лета

ВЕРА ЧАСОВСКИХ

Стихи

 

ПРЕДНОВОГОДНЕЕ

 

Чуть скрипит далекая околица,

Легким шагом ходят холода…

Что друзья знакомыми становятся —

Это, между прочим, не беда.

Это для меня напоминание

О непостоянстве наших дней

И о том, что будет расставание

С плотью драгоценною моей.

Лишь бы без упреков даже мысленных

Разойтись, без всяческих обид,

Без измены неизменной Истине,

Что и незнакомых нас роднит.

От того не станет меньше радости,

Что декабрьский луч в окне погас.

Нет, не досижу я до двенадцати,

Лягу раньше, может быть, на час.

А моя сосенка невеликая

Будет красоваться, как в бору,

Дивными ажурными снежинками,

Связанными в летнюю жару.

 

* * *

Светлеют, светлеют туманные дали,

Рассеянный луч через стекла прошел…

Здоровья и счастья вы мне пожелали —

Ну как же привычно, и как хорошо!

 

Как будто открыты в лазурь голубятни,

Ветра зелены и покосы свежи…

Хотя — с давних пор мне намного приятней,

Когда пожелают спасенья души.

 

* * *

Ты целый день ворчал направо и налево,

В сознанье без огня летал-клубился дым,

Внезапно на меня ты вылил столько гнева —

Я никогда тебя не видела таким.

Обычно говоришь почти благоговейно,

То с нежностью ко мне, то с детской простотой.

И оттого больней. И оттого, наверно,

Иду я, как в бреду, по нашей мостовой.

Повсюду аромат белоналивных яблок,

Да горько мне теперь их сладостью дышать…

Мне шепчут: «Посмотри: любовь его ослабла,

Коль не смогла она от гнева удержать».

«Подумай хорошо: а если повторится?

Где раз, там три и пять — по смертную черту!»

… Жива моя любовь. И гнева не боится.

И верит, что с тобой вовек не пропаду.

 

ГОРЕ

 

Не судьба со мною шутит шутку —

Это та же Божия рука,

Что взрастила злак и незабудку,

В море — рыбу, в небе — облака.

 

Та рука, которая недавно

Так легко спасала от невзгод.

Для меня пока большая тайна:

Почему теперь — наоборот?

 

Мысли днями носятся кругами,

Да и дни подобны миражу…

Но от горя ватными ногами

Я к иконам все же подхожу.

 

* * *

Разнообразить жизнь мою хотят,

А ведь она насыщена до края,

И замечает мой спокойный взгляд

Не только на цветах оттенки рая.

 

Река, румяный лес, фасад резной —

Все дорого, но есть мечты другие:

Ты лишь бы до конца была со мной,

Моя любовь, святая Литургия!

 

Мне точно воздух — пение твое…

Вот так же птица солнечного лета

Одно и то же каждый день поет,

Но сердцу надоесть не может это.

 

ИКОНА

 

Когда, готовясь к причащенью,

Пленится ум мирскою сказкой,

Есть у меня одно спасенье —

Стать пред иконой Валаамской.

 

Писал художник невеликий,

Нет драгоценного оклада,

Но в каждом стразе, в каждом блике —

Неугасимая лампада.

 

Стихают здесь пустые звуки

И волны чувств с безумной пеной,

И я беру Христа на руки

С Пречистых рук Благословенной.

 

* * *

На исходе сентябрь, потому расцвели сентябрины,

Потому подарили мне их на мои именины,

Прямо в сердце тепло перешло от простого букета,

И прощаюсь я радостно с бабочкой бабьего лета.

Улетает она. И летят, и летят паутины,

Постепенно тускнеют и вянут мои сентябрины,

Лишь тепло не уходит при самой нещадной погоде,

Даже если припомнить, что юность уже на исходе.

Даже если представить, что близко далекая старость,

Или попросту дней, а не лет моих, мало осталось.

Все, что дорого мне, я оставлю с печалью земною,

Ну, а то, что дороже всего, будет вечно со мною.

 

————————————————

Вера Николаевна Часовских родилась в Нижнедевицком районе Воронежской области. Окончила художественно-графическое отделение Бутурлиновского педагогического училища. Работает преподавателем Воскресной школы. Автор поэтического сборника «Не­бо у самой травы». Публи­ко­валась в журнале «Подъ­ём». Живет в городе Бутурлиновке Воронежской области.