(473) 253 14 50
253 11 28

Прядь васильков

ЕВГЕНИЙ ЮШИН

Стихи

 

В РАЗЛУКЕ

 

Здравствуй, Таня! Ты теперь далече.

На диване кутаешься в шаль.

А меня уже под самый вечер

Любопытный ежик навещал.

 

Он спросил: — А где твоя подруга?

— В городе, — ему ответил я, —

Подарило лето внучку с внуком,

И любовь уехала моя. —

 

А еще меня совсем недавно

Навещал колючий, легкий дождь,

Дробно бил копытцами о ставни:

— Чем помочь, Евгений, чем помочь?

 

— А ничем. Я нынче тоже счастлив,

Что у нас внучата родились.

Радость жизни — это божьи ясли,

Из которых и струится жизнь.

 

Над борами жарко дышит лето,

Тяжелеют яблоки в садах.

Наша песня, Таня, не допета.

Как ты там, в столичных омутах?

 

Возишь на прогулку внука с внучкой,

Нежно колыбельную поешь…

А меня тут навещала тучка,

До того еще, как этот еж.

 

Спрашивала: — Где твоя родная?

— В городе, — ей тихо отвечал.

И от края озера до края

Вились волны, всхлипывал причал.

 

* * *

 

В мире все настолько просто,

И не надо усложнять:

В небе — звезды, в травах — росы,

Под окном — рябины прядь.

 

Муравьиные пунктиры

По березе — вверх и вниз.

Теплых глаз твоих сапфиры

Тонкой слезкой налились.

 

— Уезжаешь?

— Уезжаю.

Что поделаешь, судьба.

На автобус провожаю

И дела мои — труба.

 

Бесконечность звездной дрожи

И бессонная кровать.

В мире все настолько сложно,

Что не надо усложнять.

 

* * *

 

Сначала март всегда обманет.

Под солнце выпорхнет капель,

Но день, другой, и затуманит

Просторы хлесткая метель.

 

А ты доверился, открылся,

Как шубу, распахнул себя.

Весна — великая актриса,

То зло посмотрит, то любя.

 

То в ноги бросится ручьями,

То ледяной покажет клык,

Погладит ласково лучами,

Ветрами бьет за воротник.

 

Иду к любимой в ливне света,

Горю весенним куражом!

Темнеет снег, но мил и этот

Сугроб, свернувшийся ежом.

 

В весеннем хоре все едины.

Грачи бунтуют у леска.

И хрустко вздрагивают льдины,

И друг о друга трут бока.

 

И неизбежное свершится!

Коснусь твоих надменных рук.

Попробуй мне не покориться

Теперь, когда весна вокруг!?

 

* * *

 

Были бы живы, а славу найдем,

Слава у нас — под ногами:

Прядь васильков и бревенчатый дом

С мамиными пирогами,

 

Поле, где бились и топли в крови,

Поле, где сеяли жито…

Тут запевал соловей о любви.

Стежки дождями прошиты.

 

Вот моя радость — над банькой дымок,

Сушатся рядом пеленки.

И неторопкий грудной говорок

Ливенки и перепелки.

 

Вот моя радость, а славу найдем,

Если оставим и внукам

Этот березовый рай за прудом

С пухом тумана над лугом.

 

Тычутся в берег песчаный мальки.

Зреет куга за стогами.

Окна родимой избы далеки

С мамиными пирогами.

 

В заводи лунной плывет резеда.

Утро подсолнуху снится.

Плачет в окне заревая звезда —

Слезка по стеклышку длится.

 

* * *

 

Вот будет — ногу в стремя,

И только свист в ушах!

Как нежно дремлет время

В затонных камышах!

 

И каждое мгновенье

Так хочется прожить,

Чтоб влиться в птичье пенье,

С крапивою дружить.

 

Играть с туманом в прятки,

Доить росу в лугах,

И знать, что все в порядке,

Коль небо — в пирогах.

 

Плывут они далече,

Плывут издалека.

Спустился красный вечер

На лодку рыбака.

 

Но гаснет надо всеми

Зари крылатой свет…

Не торопите время:

У нас другого нет.

 

* * *

 

Над вихрастою сосною

Солнце облако пушит.

Под вихрастою сосною

Хвоя мертвая лежит.

 

А трава — в рассветной ризе

Раскалилась добела.

А похмельная Раиса

По малину побрела.

 

Полюбовник бросил Раю,

Ненадолго, на три дня.

После выпьют за сараем

И прилягут у плетня.

 

— Забери меня отсюда,

Забери меня туда,

Где за мельничной запрудой

Расцветают города.

Там любому хватит хлеба,

И на улицах — огни…

 

Над сосною плачет небо.

Под сосною пляшут пни.

 

Вспоминает бабу Нюшу,

У которой нос торчком.

— Почему я вся в веснушках?

— Загорала под сачком.

 

Захмуряется округа,

Зябко Раиной душе.

Как подбитая пичуга

Ковыряется в меже.

 

Все забыла, то, что было,

Как любила и ждала,

Как от пьяного дебила

Сына Степку родила.

 

Как оскалились жестоко

И соседи, и родня.

Вот лежит теперь глубоко

В стылой яме у плетня.

 

Во хмелю душа коптится.

До сарая доползет

И замыслит удавиться

Вязкой ночью у ворот.

 

А над ней береза плачет:

— Рая, солнышко в сачке,

Видишь, Степка слезы прячет

В горемычном кулачке?

 

Увези его отсюда,

Увези его туда,

Где за мельничной запрудой

Расцветают города.

Там любому хватит хлеба

И не надо печке дров…

 

Разревелось в соснах небо,

Поит дождиком коров.

 

С комаром паук играет

В перекрестье пыльных рам.

То на рюмку смотрит Рая,

То украдкою на храм.

 

Голосит у прясел кошка.

Птичий щебет — гнезда вить!

Смотрит Степка из окошка —

Не умеет говорить.

 

ДИЧОК

 

Мимо ровно сложенных поленниц,

Мимо огородов и берез

Тонкой лодкой проплывает месяц,

Расставляя вешки первых звезд.

 

Хорошо, что здесь дорог не слышно.

Притулившись к сонному стожку,

Можно любоваться стройной вишней

И ее цветущему снежку.

 

И живут тут Верка с бабой Шурой.

Молодежь — давно по городам.

Что тут слушать? Как лягушки-дуры

Раздувают песни по прудам?

 

У крыльца медами плещут липы.

А вдали за тридевять холмов

По каленой трассе гонят джипы

Горячащий воздух городов.

 

Я познал неоновые брызги

И дворцов заморских кружева,

И теперь готов под небом близким

Понимать, зачем душа жива.

 

Понимать печалинку пичуги,

Подпевать дождинкам и заре.

Мне-то в радость тишина округи,

Только Верке скучно в тишине.

 

На пруду толкаются утята,

Две овцы у бабкиных ворот.

Смотрит Верка зло и виновато,

Перстень одуванчиком плетет.

 

И под грозный шум густого вяза

На тягучий и удушный смог

Выбегает яблонька на трассу —

Бестолкушка милая, дичок.

 


Евгений Юрьевич Юшин родился в 1955 году в городе Озёры. Жил на Рязанщине, в Забайкалье. Окончил педагогический институт в Улан-Удэ. Автор многих книг стихотворений. Лауреат премии им. А.Т. Твардовского, Всероссийского поэтического конкурса им. А.С. Пуш­кина, литературной премии им. Але­ксандра Невского и Большой литературной премии России. Член Союза писателей России. Живет в Москве.