(473) 228 64 15
228 64 16

Предвечный круг

СЕРГЕЙ ЛУЦЕНКО

Стихи

 

БАБЬЕ ЛЕТО

 

Паутинкой шито-крыто,

Разгулялось утро всласть —

И в серебряное сито

Хочет солнышко упасть.

 

От печалей долгих, многих —

Сосен розовая плоть,

Пара яблок крутобоких,

Хлеба черного ломоть…

 

Много ль надо человеку? —

Жив-здоров, хоть в дураках.

Слава богу, слава веку,

Не горюй о пустяках!

 

Лесовик туманец доит —

Приложись на два глотка.

Грусть твоя, поверь, не стоит

Одного боровика.

 

А отступит лихолетье —

Громких слов не говори,

Поклоняясь многоцветью

Сосен, ветра и зари.

 

* * *

 

Избранность, не избранность — не знаю,

Ничего не знаю, не пойму.

Лучше постою тихонько с краю,

Убежденью верен своему.

 

Буду верить в ласковое Слово,

В яростное Слово — только тронь! —

Чтобы расцветала даль кострово

И века слетали на ладонь…

 

ПОЗЕМКА

 

Поземка

день и ночь

метет…

И день и ночь

летит

поземка…

Ну, чем еще тебе помочь,

Друг ветер, плачущий негромко?

 

Вздыхающий так древне — и

Так ласково и обреченно

Над ветхими деревнями,

Над их бедой неизреченной,

 

Проходит все…

Поплачь, поплачь

Над тем, чему помочь не в силах.

Спит праведник и спит палач

В соседних сумрачных могилах.

 

Но знает Бог, что все не зря —

Тому, кто прав, навстречу выйдет…

Летит

поземка

декабря,

Но видит Бог…

Надеюсь, видит…

 

* * *

 

Если хвалили — с оглядкой,

Если ругали — взахлеб…

В жизни и бренной и краткой

Сколько осталось мне троп?

 

Сколько осталось мне далей,

Горных, лесных, полевых?..

Осень насыплет медалей,

Разве мне нужно — иных?

 

Были мгновенья лукавы,

Душу дурманило Зло,

Власти хотелось и славы…

Все отошло, отошло!

 

И ничего мне не нужно,

Только б идти да идти,

Только б у ивы недужной

Тихо промолвить прости;

 

И помолиться утешно,

Чтоб где-нибудь на краю

Солнце закатное нежно

Душу согрело мою…

 

ЧЕРНИЛЬНЫЕ УШИ

 

Опять в расстроенный кредит

Октябрь поглядывает косо,

И по-старушечьи кряхтит

Слепая, хроменькая проза…

 

Рвануть бы нынче напрямик,

Рвануть, буксуя на пределе, —

И заложить за воротник,

И сгинуть до конца недели!

 

Без каверз и без закавык

Полями долгими шататься

И на распутьях заревых

С терновой порослью брататься…

 

Но хмыкает сосед: «Шалишь!..».

Ему привычней и вольготней

Шуршать бумагой, словно мышь,

На дне чернильной преисподней.

 

МАРТОВСКИЕ ВИДЫ

 

Ошалев от долгой стужи

И от ветра-босяка,

Солнце шлепается в лужи

И гарцуют облака.

Выпивохи греют души

У заветного ларька…

 

То-то оттепель, гляди-ка!

Укоряй, не укоряй,

Все в воде хмельной и дикой —

И высотка, и сарай…

Усидеть попробуй тихо,

Коль эмоций через край!

 

Хорошо не бить поклоны,

Быть себе судьей, врачом?

Водкой тешиться паленой,

Не жалея ни о чем?

И с улыбкой изумленной

Засыпать над первачом?

 

А проснувшись, снова шарить,

Мелочь скидывать на круг —

И на солнце уши жарить

Или в пляс сорваться вдруг:

«Эх, пусть гречка доррожаить!

А зиме-то ведь каюк!»…

 

ПОДКОВА

 

Выбираю глухие пути

И в смятеньи глубоком

Все надеюсь подкову найти

Ненароком.

 

Может, дряхлая лошадь столетье назад

У заветной криницы

Обронила подкову — и взять

Не склонился возница?

 

Может, ночью скатилась в траву

По-разбойничьи, скрытно?..

Я шагаю, тоскую, зову,

А удачи не видно.

 

Чистокровный, ответь!

Отзовись,

захудалая кляча!

Или взвыть мне по-волчьи в холодную высь:

«Где удача?!»

 

Разве мало я песен сложил?

Разве так они плохи?

Иль не те облака сторожил,

Грел не эти дороги?

 

Ничего не пойму, ничего!..

Не ответит никто мне

Отчего зыбок свет кочевой

И слова словно комья…

 

ПЕРО

 

Распахнут Божьему добру,

В Отчизну веря непреложно,

Перо на счастье подберу —

И к сердцу приложу тревожно.

 

Курганы сходятся гурьбой

Послушать песни молодые.

Скрипи, перо, скрипи — и пой

Во славу Бога и России!

 

А если выпадешь из рук

В последний час, во мгле угарной,

Вернись в родной предвечный круг —

Пусть неизвестный добрый друг

Тебя поднимет благодарно…

 

* * *

 

Холодеет, немеет душа

От несметных невзгод и обид…

Ветер ломит в окно, дребезжа,

И ноябрь у крыльца моросит.

 

Он стоит, сторожа непокой.

Что ему твоя слезная жаль,

Если этой железной тоской

Замыкается темная даль?

 

Что же завтра? Не все ли равно.

Та же муть, та же мгла у двора,

Тот же дождь, тот же ветер в окно

И глухая усталость с утра…

 

Надо жить, затаиться — и жить,

Никого ни о чем не прося,

И молчаньем своим дорожить,

Потому что сдаваться нельзя!

 

Затаиться — и крепнуть во мгле,

Словно дуб, словно дуб молодой,

На неласковой этой земле —

Пока луч не слетит на ладонь…

 


Сергей Евгеньевич Луценко родился в 1980 году в городе Павловске Воронеж­ской области. Окончил Современную гуманитарную академию и Воронежский государственный аграрный университет. Работал машинистом, оператором, слесарем, юристом, журналистом, мастером, преподавателем. Публиковался в журналах «Подъём», «Берега», «МолОко» и др., многих интернет-изданиях, коллективных сборниках. Автор четырех книг стихотворений, прозы, документалистики. Лауреат Исаевской премии, литературной премии «Кольцовский край», издания «Российский писатель». Член Союза писателей России. Живет в Павловске.