меню

(473) 228 64 15
228 64 16

Охапка дождя

ЕЛИЗАВЕТА МАРТЫНОВА

Стихи

 

* * *

 

Я закончила старый рисунок

И закрыла вечерний альбом.

В серый город спускается сумрак,

Черной ласточкой — в медленный дом.

 

День сегодняшний доверху полон —

Завяжу, как дорожный мешок.

Мимо книжных заставленных полок

Черно-белый скользит ветерок.

 

Он крылами касается остро,

Он о прошлом не помнит уже.

Расставанья пустынная росстань —

Не на свете, а только в душе.

 

Хорошо, я с тобою согласна:

Уходить надо ночью — не днем,

Оттого что вся нежность напрасна,

Оттого что мы только вдвоем.

 

Я закончила старый рисунок.

Время холоду и темноте,

Время снегу, когда через сумрак

Свет проступит на ветхом листе.

 

* * *

 

Окно,

В котором цветет сирень —

Оно остается мне,

И нежный свет,

И живая тень,

И облако в глубине.

 

Я нарисую это окно,

Море лиловых крыл,

И тех, кто жил здесь

Давным-давно,

И тех, кто о них забыл.

 

И тех, кто не помнит

Теперь себя,

Стоит у небесных врат,

Прижав к себе

Охапку дождя,

Светом его богат.

 

* * *

 

Проснешься — за окном туман

Седой, неумолимо плотный,

И кажется: пришла зима —

И снег ложится перелетный.

 

Но птиц тяжелый караван

Растянется по небосводу —

И крик протяжный, как трава,

Пронзит осеннюю природу.

 

И на дворе очнется день

Такой раскованно прохладный,

Что оживают свет и тень

На листьях рыжих неприглядных.

 

Прохожий редкий пробежит

В пальто и в шляпе, и в печали,

И воздух тоненько дрожит,

Как будто крылья за плечами.

 

ОБЕРНИСЬ

 

Судьбу свою встречаю: незнакома

Она со мной… Идет-бредет во мгле,

Не вспоминая облачного дома

И прожитого счастья на земле.

 

А было небо, синее, как ветер,

И ласточек встревоженный полет,

Горячечная осень на рассвете,

Любовь — любовь, которая пройдет,

 

Как тянущая боль с температурой,

Как снег небесный и закат земной.

…А был ночной проспект многофигурный

И обморок рябины золотой.

 

А были встречи, ссоры и разлуки,

Излуки неопознанных дорог,

Расколотое сердце — не от муки,

А оттого, что Бог не уберег.

 

И если это вправду было — было,

И наяву, а вовсе не во сне,

И если я тебя не разлюбила,

Судьба моя, ты обернись ко мне…

 

* * *

 

Весь вечер пели соловьи,

А птицы прочие молчали

Во имя веры и любви

И нерастраченной печали.

 

Лучилось небо над землей.

Сирень рвалась через ограду,

Как это пенье, — к нам с тобой,

Когда гуляли мы по саду.

 

И влажной тяжестью дыша,

Земля струилась под ногами

Цветком, движеньем мураша,

Шурша под нашими шагами.

 

Ее душа травой жива,

И в ясный вечер стало ясно:

Она по-древнему нова,

Она по-новому прекрасна.

 

Земля озвучена судьбой,

И соловьи взывают: верь ей,

В ее крылатые деревья,

В закатный свет над головой.

 

* * *

 

Под крышей будет гореть фонарь,

Как раньше и как всегда,

И снег заискрится старинным «встарь»,

Замерзнет в реке вода

В году две тысячи никаком,

Забытом на много лет,

Поскольку я возвращаюсь в дом,

В котором меня больше нет.

А я любила и здесь жила,

Сгорала сто раз дотла,

И воскресала как свет фонаря

В прозрачной реке января.

И если меня ты забыл опять,

То повода нет умирать.

Осталась надежда на что-то еще,

Что нас обоих важней —

На белый снег, на небесный шелк,

На праздник далеких огней.

 

* * *

 

Повсюду одуванчиковый пух,

Дождем прибита пыль и небом пахнет,

И вновь душа избавлена от пут

Былого равнодушия и страха,

И жизнь ясна, упорна и проста.

Светлее яркий свет, темнее тени.

Волнуют, пробегая, поезда,

На косогорах — красные сирени.

…Уехать, чтобы волей подышать,

И выйти там, где сумерки и сосны,

Где даже миг продлится, не спеша,

И где на все ответы есть вопросы.

 

* * *

 

Опять листвы просвеченная медь,

Сквозняк березы бело-синеватой.

И снова можно плакать и неметь

Пред красотой такой же, как когда-то

Давно, за много лет до наших дней —

Чем раньше, тем прозрачней и ясней.

Здесь жили деды. Мельница кружилась.

Казалось, что сам воздух был крылат.

А если что, как песня, не сложилось —

В муку перемололось наугад.

А если что, как листья, облетело —

Так это моей бабке на венок.

Чернеют птицы в небе чистом, белом.

И мы живем. И Бог не одинок.

 


Елизавета Сергеевна Мартынова (Данилова) родилась в городе Саратове. Окончила Саратовский государственный университет. Кандидат филологических наук. Публиковалась в журналах «Наш современник», «Волга — ХХI век», «Луч», «Подъём», «Введенская сторона», альманахе «Новые писатели России», сборнике «Новые имена в поэзии». Автор книг «Письма другу», «На окраине века», «Свет в окне», «Собеседник». Лауреат премии имени Юрия Кузнецова журнала «Наш современник». Главный редактор журнала «Волга — ХХI век». Живет в Саратове.