(473) 253 14 50
253 11 28

Над бездной

ВАЛЕНТИНА БЕЛЯЕВА

Стихи

 

НОЧЬ ПЕРЕД КАЗНЬЮ

 

Под светом вереницы фонарей —

В разливах звонниц каменных церквей —

В окрестностях созвездий Ночь гнездится.

Что надо, многоликой, ей от них?

Но все молчит. И мрак Перунов тих,

И перья крыл свинцовые на птице.

 

И не найти нигде такой страны,

Где все — глухи и слепы, но равны,

Как здесь, в никем не узнанном пространстве.

И ты — уже с запястьями как мел

Куда-то в даль бессмысленно глядел

В своем несознаваемом упрямстве.

 

Ах, этот химерический простор!

То ль слава, то ль жестокий приговор.

Ветрилом — шар искромсанной рубахи.

И вьющиеся посвисты бича

По коже неподвижного плеча.

И с запахом сосны — подножье плахи…

 

Ах, ночь с глазами голых дикарей!

И с каждым мигом явственней, видней

Был след кровавый — русского пророка.

И там, за покосившейся верстой,

Сочился зеленеющей водой

В зрачках уже схороненного бога…

 

И вздыбится прожорливый восток

На струпьях заплетающихся ног

И пылью, и различной дрянью прочей.

И голосом дурным зайдется грач.

И странно вдруг испуганный палач

Услышит эхо музыки той ночи…

 

АНГЕЛ-ХРАНИТЕЛЬ

 

Я помню, безусловно, о тебе.

И знаю, как нелегок свод небесный,

Что виснет вечным дивом безызвестным —

В большой твоей истерзанной душе.

Как прежде, я один в твоей судьбе.

Невидим, справедлив и строг порою,

Крылом своим распахнутым укрою

В завьюженную ночь на вираже.

 

Ты видела? Метнулся, вспыхнул миг…

И что-то прокричал, тебе лишь предан.

Тебе, его единственному кредо,

Его неодолимая тоска.

Взгляни! Безумным белым вальсом лик —

Звезды твоей, единственной и нежной,

Кружится и легко, и безмятежно

Метелью отбеленного песка…

 

Но вечны над тобою небеса.

И я тебя люблю, поверь, безмерно.

К тебе спешу взволнованно и нервно —

Я здесь уже, на этом берегу.

Ты слышишь ли меня? Открой глаза!

Вон, с крыши вдруг сорвался старый ворон

С кровавым клювом, словно уголь черен.

И с яростью купается в снегу…

 

MEMENTO MORI

 

Латынь ли, русский ли, санскрит —

Над бездной ли, безбрежьем взгорья…

А небо плавится, горит

И словно тихо говорит

И катит вдаль — memento mori…

 

Еще полным-полно огня.

Что ж сердце так безумно бьется?

Как будто в чем кого виня, —

То ль — непростительно меня,

То ли — бледнеющее солнце.

 

Ужели чудится ему,

Что свет его — нагой жар-птицей,

Мой свет! — в невидимом дыму,

Сжимаясь в тонкую кайму,

В ночи промозглой растворится?

 

Мне предано, я знаю, ты!

Но поднебесный царь восточный

Не знает праздной суеты!

И бросит под ноги мосты,

И в миг сверкнет звездой полночной…

 

И шпаги скрещиваем мы,

На небо глядя, в яром споре.

А, уползая за холмы,

Мне эхо из вселенской тьмы

Кричит вослед — memento mori…

 

ПРИЗРАК УТЕРЯННОЙ РОДИНЫ

 

Там снежный цвет степного ковыля

Века пьет влагу млечного тумана.

Шиповник у подножия кургана

Горит рассветом розовых огней.

Таит дыханье зяблая земля.

Распаханный как поле перекресток

Сверкает мелкой рябью нежных блесток

На ликах перемолотых камней…

 

Там дым и пепел носят времена.

В грязи — осколки звездные мигают.

Там тропы лебедою зарастают,

И жала змей мелькают по мостам.

Бредет незримым призраком война,

Встречая и восходы, и закаты.

И недра, молчаливы и богаты,

Еще не знают счет своим крестам…

 

Там Отрок бледный, потеряв свой дом,

Искал его, блуждая странной тенью.

Ордынская стрела в одно мгновенье,

Блеснув зрачком в малиновом песке,

Качалась мирно в стебле золотом…

Откуда-то ползла на небо льдина.

Восток и запад, слившись воедино,

Мерцали точкой на его виске…

 


Валентина Ивановна Беляева родилась в городе Бурыни Сумской области Украины. Окончила факультет прикладной математики и механики Воронежского государственного университета. Работала инженером на предприятиях Воронежа. Автор нескольких поэтических сборников, книги для детей «Лики радужных дождей», книги публицистики «В Советском Союзе секса не было» и других публикаций в отечественных и зарубежных изданиях. Лауреат премии «Кольцовский край», портала «Российский писатель». Член Союза писателей России. Живет в Воронеже.