(473) 228 64 15
228 64 16

Душа не знает о минутах

ГЕННАДИЙ ИВАНОВ

Стихи

 

* * *

 

Были чудом слова и улыбки,

были чудом лыжня и каток…

Но теперь чудеса эти зыбки —

под ногами опасный ледок.

 

Годы, годы…

Вы пыл охладили.

Но хочу до последнего дня,

чтобы ангелы радости были

на земле и в душе у меня.

 

* * *

 

От слов пора бы к делу перейти.

А это значит: надо причаститься.

Всего-то и дорогу перейти

и в нашем русском храме очутиться.

 

А вот не шел на исповедь давно.

Давно пора.

                   Пора настала.

Хлеб совести и чистоты вино

все там… И якорь, и покой причала.

 

* * *

 

Прожить всю жизнь, чтоб попросить прощенья,

в конце концов, у женщины родной

за все ее догадки и мученья,

за все твои порывы, увлеченья,

за невнимание, за все без исключенья,

и — стать землей,

стать памяти волной…

 

В конце концов, ты понимаешь ясно,

что мог бы жить и строже, и честней.

Покаяться пред Богом не напрасно,

А перед женщиной…

Зачем все это ей?

 

Нужны ей в жизни, что еще осталась,

тепло и ласка.

Что прощанья миг?

Пока душа твоя не заметалась —

последний вздох или последний вскрик —

будь с ней, с которой искренне венчалось.

 

* * *

 

Желтые листья, зеленая ряска.

Осень приходит, как добрая сказка.

 

Дождички льют, наплывают туманы,

Птицы летят в африканские страны…

 

Птицам остаться бы где-нибудь тут —

Там убивают, взрывают и жгут.

 

Там громыхают война за войной…

Только у нас уже веет зимой.

 

Выхода нет, и лететь уже надо…

Всем на земле где-нибудь да преграда.

 

Желтые листья, зеленая ряска…

Но все равно будет добрая сказка.

 

Птицы вернутся, конечно, вернутся.

Многие счастливо им улыбнутся.

 

* * *

 

Россия погибла, Россия в обвале…

Россия в дыму и огне…

Россия в безверье,

Россия в опале,

во мраке и бездны на дне…

 

Но нет — не погибла.

Но нет — не в обвале.

В безверии? Было. Но Бог

путем испытаний,

тоски и печали

подняться России помог.

 

Россия — мессия?

Не знаю.

Не знаю

и что впереди там грядет…

Я только молюсь

и в душе уповаю

на Бога и русский народ.

 

В АРКТИКЕ

 

Душа познала, что это такое,

Когда тоску восторгом утоля,

Глядишь вперед, на поле ледяное,

На белый мир с надстройки корабля!

 

Порой тут есть такое ощущенье,

Что век далек, что в вечной тишине

Еще не начиналось исчисленье.

О, как душа возвысилась во мне!

 

Еще часы не пущены как будто,

Еще творенье мира предстоит.

Еще душа не знает о минутах —

От бренности гнетущей не болит.

 

Еще тут все свежо и незнакомо,

Еще не искупались мы в крови —

Еще как будто можно по-другому

Устроить мир — по правде и любви.

 

* * *

 

                  Где Черная речка впадает в Осинку…

                                                                 Николай Старченко

Где Черная речка впадает в Осинку,

Мой друг уронил вспоминаний слезинку.

Он мальчиком светлым тут плавал и рос…

Потом он уехал под стуки колес.

 

Сюда приезжал он опять и опять…

Стучали колеса — пора уезжать.

Шли годы и годы — с седой головой

Сегодня стоит над речною водой.

 

Он многое видел и много узнал,

И многое понял, но жить не устал.

Эх, Черная речка и речка Осинка!

Слеза на листке или это росинка?..

 

Наверное, тут, где начало начал,

Быть должен последний вокзал и причал…

Где Черная речка впадает в Осинку,

Так хочется снова поставить пластинку —

 

Все снова и снова прожить, пережить,

На воду глядеть… И остаться решить.

Хотя невозможно уже никогда

Вернуться для жизни — для жизни! — сюда.

 

* * *

 

«Или в ноздри песок, или деньги в карман», —

Так помор говорил, выходя на путину.

Уплывал в неизвестность, во мрак и туман,

И смотрела жена ему в спину.

 

Беломорский песок под ногами скрипит.

Нынче время другое витает:

Пароходов огромных один только вид

В сердце чувство покоя внушает.

 

Но покуда есть море и есть небеса,

Реет, реет меж ними тревога,

Отражаясь тоской у матросов в глазах,

Возникая в домах, у порога…

 

ИЗ ТЕТРАДИ 90-х

 

* * *

 

У нас все протухает с головы.

Вот и на этот раз так получилось.

Мы радовались. Но — увы, увы…

Вот и на этот раз так получилось.

 

Все с головы, опять все с головы —

И пресмыкательство, и слабодушье это.

Надеялись на что-то, но — увы…

Идет развал уже седьмое лето.

 

* * *

 

Опять все смутою затянуто,

Темно над отческими кровлями.

Судьба народа — быть обманутым.

Судьба властителя — быть проклятым.

 

Куда ведут нас в этой темени?

Чем новый кончится прогресс?

Как будто мы без роду-племени,

Как будто нет у нас очес

 

Опять трагедией и драмою

Вся эта кончится любовь.

Опять поставят перед ямою,

Куда польется наша кровь…

 

* * *

 

Переворот, еще переворот.

Потом наоборот — недоворот…

Один урод, потом другой урод.

И с толку сбит и мечется народ.

 

Ну что за невезенье, что за рок…

А где герой, где воин, где пророк?

Они являлись, только нам не впрок?

— Они являлись. Но пока не срок.

 

* * *

 

На наших глазах умирает эпоха.

Одна умирает, приходит другая.

И что собиралось веками по крохам,

Сегодня размечут от края до края.

 

Обычное дело в истории… Все же

Тут что-то другое, не только эпохи.

Все очень на новое рабство похоже,

И, кажется мне, что дела наши плохи.

 

* * *

 

                              Николаю Никишину

 

Ты вышел из-под Калуги.

Я вышел из-под Твери.

С тобой мы по месту рожденья

Заведомо — богатыри.

 

Конечно, не самые крепкие,

Но все-таки не слабаки,

Поскольку росли среди поля,

У леса росли, у реки.

 

Так нам ли в худую годину

Побитыми псами скулить

И в битве показывать спину…

Нет, выстоять

И победить!

 

* * *

 

Засыпан пышным снегом огород,

И снег переливается, блестит…

Сидит по избам малый мой народ.

Он топит печки да тепло хранит.

 

Сверкает платьем подвенечным снег.

Забыли тут, когда последний раз

Шумела свадьба в этот скорбный век…

Все меньше, меньше остается нас.

 

Когда же ты опомнишься, страна?

Ведь нас разбойники сживут со свету.

И не война как будто, а война,

Хотя в полях воронок свежих нету.

 


Геннадий Викторович Иванов родился в 1950 году в городе Бежецке Тверской области. Служил в армии, работал в районной газете. Окончил Литературный институт им. А.М. Горького. Автор десяти книг стихов. Написал три книги очерков о своей малой родине «Знаменитые и известные бежечане». Лауреат нескольких литературных премий, в том числе им. Ф. Тютчева, В. Шишкова, М. Сал­тыко­ва-Щедрина и др. Первый секретарь Союза писателей России. Живет в Москве.